Роспись по телу

– Но ведь он вчера не ночевал дома, потому что был с тобой?

– Мы работали, ездили в морг, похоронное бюро, носились как сумасшедшие по городу, улаживая вопрос с похоронами, и это вместо того, чтобы искать убийцу Кати Уткиной. Конечно, Игорь не обязан был помогать мне в этом, но ведь смерть Бахраха, получается, косвенным образом связана с Уткиной…

Юля поймала себя на том, что, разговаривая с Наташей, словно оправдывается перед ней.

– Ты очень изменилась, Юля, – вдруг сказала Наташа Зима и посмотрела на нее исподлобья взглядом, полным ненависти.

– Все люди меняются.

– Ты стала жестокой, такой же, как и твой Крымов. Вы с Крымовым – два сапога пара. Но Шубин не такой, он честный и добрый, просто ему не повезло, что он полюбил именно тебя, такую злую и неприкаянную… Я ухожу. Я поеду к себе домой и больше не вернусь. Можешь сказать об этом Шубину, а лучше ничего не говори. Это наши с ним дела.

И Наташа уехала, больше не сказав ни слова. А спустя несколько минут приехал Шубин.

– Где ты был? – Юля бросилась ему навстречу и была подхвачена им, словно теплым ветром. – Ты не осуждай меня, пожалуйста, но Наташа уехала. Она совсем уехала, понимаешь? Она все знает про нас.

– Она всегда знала, – говорил Игорь, целуя ее. – Успокойся. Если кто-то и виноват, что все так случилось, то только я один. Я не мог удержать тебя прежде и не уверен, что сумею и на этот раз. Но Наташа… Я ей все объясню. Ты не должна думать об этом.

– Но ты ведь будешь думать об этом?

– Да, буду. Но еще больше буду думать о тебе.

– А тебе не кажется, что мы – двое диких зверей, которые только что разорвали беззащитную овечку?

– Наташа – не овечка. Она такой же сильный зверь, как и мы, – успокоил ее Шубин.

Когда Юля рассказала ему о том, что Наташа приняла решение уйти от Игоря, он даже физически почувствовал себя легче.

Перед тем как Юля позвонила Игорю на сотовый, он по ее просьбе поехал в столовую на поминки. Но после поминального обеда, обратив внимание на довольно странное поведение Германа, почему-то не поехавшего за своим другом Дмитрием ни в ресторан, ни домой, а променявшего его общество на кутью и жирные свиные поминальные щи, решил проследить за ним.