Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

С этой оценкой вполне можно согласиться, но при одном принципиальном уточнении — как и знаменитый корниловский мятеж, этот «мятеж» был спровоцирован теми, кто его потом и подавил. Более того, еще один «прораб горбачевской перестройки» А.С. Черняев не менее цинично писал, что «если бы не было Нины Андреевой, ее надо было бы выдумать, поскольку именно после этой статьи пошел такой шквал критики сталинизма в газетах и журналах, такая раскованность, что до того дня Е. Лигачев и его команда не потерпели бы и дня».

Команда М.

С. Горбачева продолжила наращивать усилия по проведению политической реформы, и в середине апреля 1988 г. он «в три приема, чтобы создать непринужденную и доверительную атмосферу, провел беседы со всеми секретарями ЦК компартий республик, крайкомов и обкомов партии». В общей сложности в этих «беседах» приняло участие больше 150 человек, в ходе которых генсек едва ли не впервые открыто поставил под сомнение правомерность существования 6-й статьи Конституции СССР о руководящей и направляющей роли партии.

1) необходимо вернуть Советам реальные властные полномочия, передав на их рассмотрение и решение все без исключения конкретные вопросы государственной, хозяйственной и социально-культурной жизни страны»;

2) исключить из повседневной практики принятие постановлений партийных комитетов, содержащих прямые указания государственным, хозяйственным органам и общественным организациям, поскольку отныне свой политический курс партия должна проводить через коммунистов, работающих в органах государственной власти;

3) для реализации последнего положения предполагалось разрешить секретарям партийных комитетов совмещать свои партийные посты с руководящими должностями в Советах;

4) предлагалось принципиально изменить характер самих выборов, которые впервые должны стать действительно свободными и альтернативными;

5) создать материальные и правовые условия для реализации конституционных прав и свобод граждан, т.

е. свободы слова, печати, собраний, митингов, уличных шествий и демонстраций и других.

О том, что эти «тезисы» имели не декларативный характер, свидетельствует следующий факт: в начале апреля 1988 г., когда работа над ними еще только начиналась, уже были подготовлены проекты законов о гласности, о средствах массовой информации, о свободе совести, о добровольных общественных и творческих союзах, о порядке проведения собраний, митингов и демонстраций, и велась активная работа над законами о профсоюзах и молодежи.