Российская империя, XVIII — начало XX вв.

Манфред, И. Рыбаченок), в этот переломный исторический период российское правительство так и не смогло разработать четкой концепции государственной внешней политики и создать эффективные и надежные механизмы достижения Россией главных внешнеполитических целей на мировой арене.

В 1901 г. после смерти королевы Виктории и вступления на престол Эдуарда VII (1901―1910) в политике британского кабинета произошли существенные перемены, и уже в 1903 г. новый английский король совершил официальный визит в Париж, в ходе которого подписал с французской стороной договор о желании полюбовно разрешить все спорные территориальные вопросы между двумя странами.

 В апреле 1904 г. с ответным визитом в Лондон прибыли французский президент Эмиль Лубе и министр иностранных дел Теофиль Делькассе, которые подписали знаменитое англо-французское «Сердечное соглашение» («Entente cordiale»), положившее начало образованию нового военно-политического блока — Антанты. Данный договор состоял из гласных и секретных статей. В гласных статьях речь шла о разграничении сфер влияния в Египте и Марокко, а в секретных — содержались условия военно-политического союза двух стран.

Подписание этого договора вызвало негативную реакцию в правящих кругах Российской империи, поскольку Британия была союзницей Японии в период русско-японской войны, а Франция фактически умыла руки, не оказав России ни дипломатической, ни военно-технической поддержки в этот период. В этой ситуации в окружении императора верх взяли сторонники сближения с Германией, лидерами которых был министр внутренних дел Петр Николаевич Дурново и редактор известного консервативного журнала «Гражданин» князь Владимир Петрович Мещерский.

В июле 1905 г. Николай II и его кузен германский кайзер Вильгельм II подписали Бьёркский договор о военном сотрудничестве двух стран, острие которого было направлено против Англии. Но этот договор ставил под вопрос существование военно-политического союза между Францией и Россией.

В этой щекотливой ситуации сторонники франкофильской ориентации — председатель Комитета министров С.Ю. Витте и министр иностранных дел В.Н. Ламздорф убедили царя поставить условием вступления этого договора в законную силу присоединение к нему Франции. Поскольку такая постановка вопроса была совершенно неприемлема для Парижа, Бьёркский договор так и не был ратифицирован российской стороной.