Российская империя, XVIII — начало XX вв.

Милов), на наш взгляд, не совсем правомерно.

а) во-первых, были уничтожены все дистрикты во главе с земскими комиссарами и на их месте воссозданы уезды во главе с воеводами;

б) во-вторых, была установлена строгая соподчиненность всех руководителей местного управления: отныне губернатору, а не коллегиям или Сенату, подчинялись все провинциальные воеводы, которым, в свою очередь, подчинялись уездные воеводы.

В советской исторической науке социальную политику самодержавия в этот период традиционно и совершенно справедливо характеризовали как политику крепостническую и продворянскую.

Продворянский характер политики самодержавия наиболее ярко проявился в том, что после смерти Петра I дворянское сословие, обремененное различными повинностями, стало медленно, но неуклонно освобождаться от них. За эти десятилетия дворянство коренным образом изменило свой правовой и социальный статус и из служилого сословия превратилось в привилегированное сословие, что наиболее зримо проявилось в таких мероприятиях правительства, как:

1) в радикальном пересмотре петровского указа «О единонаследии» (март 1714 г.

2) в ограничении срока обязательной (пожизненной) дворянской службы до двадцати пяти лет и выхода дворян в отставку с довольно большим государственным пенсионом (декабрь 1736 г.);

3) в начале генерального межевания помещичьих земель, по итогам которого специальным императорским указом за помещиками были юридически закреплены все самовольно захваченные ими казенные и общинные земли (июль 1754 г.

а) впервые получали право оставить военную или гражданскую службу и выйти в отставку, или вовсе не поступать на нее;

б) могли свободно выезжать за границу и поступать на службу к зарубежным монархам;

в) в отношении дворян отменялись все телесные наказания и т.

По поводу этого знаменитого манифеста в исторической науке до сих пор идут споры по ряду ключевых проблем.

Ряд современных авторов (А. Мыльников) категорически утверждают, что инициатором издания этого манифеста был сам Петр III. Другие авторы (В. Наумов, А. Каменский) говорят о решающей роли в издании этого манифеста секретаря Императорской канцелярии Д.В. Волкова и нового генерал-прокурора Сената А.И. Глебова. Наконец, третья группа авторов (Н.