Стратегия «непрямых действий», которая активно проводится Западом (от Даллеса с 1957 года), направлена как раз на ослабление духовно-волевого потенциала – это основной объект внешнего влияния. Согласно этой стратегии, нам настойчиво предлагают сойтись в рукопашной с Востоком. Первая чеченская война и поражение России не принесли ощутимого результата, поэтому была организована вторая – изнуряющая. «Комитет солдатских матерей» – блестяще придуманная штука, но тоже не сработала, как ожидалось: вместо матерей на фронт поехали отцы и, посмотрев на все мужским взором, стали не забирать сыновей с войны, а наниматься контрактниками и ходить с ними в атаки плечо к плечу.
Много надежд стратеги (назовем их Инициаторы) возлагали на развал СССР, с математической точностью рассчитав, что 26 миллионов русских (столько же погибло во Второй мировой), оставшихся в «самостийных» республиках, в одночасье оторвутся от России и вместе с этим утратят собственный духовно-волевой потенциал, ибо окажутся вовлеченными в становление потенциала малых государств Востока и Запада.
Это произошло бы, но Восток и Запад по причине младосущности своих государственных образований пошли по средневековому пути этнической самоизоляции и не воспользовались прекрасной возможностью в короткое время совершить качественный скачок, используя русский духовно-волевой потенциал. Однако просчитались и Инициаторы, поскольку произошел обратный процесс: брошенные российскими либеральными властями на произвол судьбы, лишенные гражданства, социальных и экономических возможностей возвращения на Родину, униженные и оскорбленные, они лишь возвысили духовно-волевой потенциал и стали истинными носителями ценностей русского мира.
Тогда как некоторые благополучно живущие в России граждане снизили его до нулевой отметки, гоняясь за иными ценностями, и превратились в «травоядных»."
"Просчет Инициаторов был вот в чем (сейчас уже можно сказать об этом): создавать промышленное производство, строить дороги, плотины, заводы, учить и лечить народы союзных республик ехали люди, обладавшие высоким потенциалом.
Иные-то просто не тронулись бы из коренной России ни по комсомольской путевке, ни за длинным рублем – разве что только на «черном воронке». Казаки, вволю вкушавшие «молоко волчицы», а позже каторжники, «забайкальские комсомольцы», имевшие хищный нрав, раскулаченные крепкие мужики осваивали когда-то (да и теперь тоже) Сибирь, Дальний Восток, Заполярье.
