Советников) и 49-й (И. Захаркин) общевойсковых армий частично располагался в тылу Западного фронта, а частично держал 120-километровую оборону в первом эшелоне Ельня — Фроловка.
• Брянский фронт (генерал-полковник А.И. Еременко) в составе 3-й (Я. Крейзер), 13-й (А. Городнянский) и 50-й (М. Петров) общевойсковых армий и оперативной группы генерала А.Н. Ермакова держал оборону на левом берегу Десны в районе Фроловка — Путивль.
Общая численность трех советских фронтов, оборонявших Москву, составляла 83 стрелковых и 9 кавалерийских дивизий, 10 танковых бригад, около 1000 танков и 670 самолетов.
"
"30 сентября 1941 г. противник силами 2-й танковой группы (Г. Гудериан) и 2-й полевой армии (М. Вейхс) перешел в наступление против войск Брянского фронта и, прорвав оборону 13-й и 50-й армий, занял Орел, Брянск, Кромы и, перерезав главные коммуникации фронта, поставил его войска в условия оперативного окружения. Началась Орловско-Брянская оборонительная операция советских войск, которая продолжалась до конца октября 1941 г.
2 октября в наступление перешли 4-я танковая группа генерала Э. Гёпнера и 4-я полевая армия фельдмаршала Г. Клюге, которые, прорвав оборону войск 19-й, 24-й, 32-й и 43-й армий Западного и Резервного фронтов, захватили Холм-Жирковский, Спас-Деменск и Юхнов. В результате этого прорыва под угрозой окружения оказались войска пяти советских армий. В этой ситуации Ставка ВГК приказала срочно отвести войска этих армий на ржевско-вяземский оборонительный рубеж.
Однако 6 октября противник западнее Вязьмы окружил части и соединения 16-й, 19-й, 20-й, 24-й и 32-й армий общей численность 660 тысяч солдат и офицеров.
По мнению ряда историков (А. Исаев, Л. Лопуховский), причинами столь плачевного развития событий были не только значительное превосходство противника в живой силе и военной технике, но и крупные просчеты в руководстве советскими войсками со стороны фронтового, армейского и дивизионного командного звена.
В эти тревожные дни, по утверждению ряда историков (Н.
Павленко, А. Самсонов), И.В. Сталин дал указание наркому внутренних дел СССР Л.П. Берии «прозондировать по своим каналам возможность заключения с немцами нового Брестского мира». Посредником в этих переговорах выступил болгарский посол П. Стаменов, но его миссия не увенчалась успехом, поскольку высшее имперское руководство отказалось от ведения любых переговоров, полагая, что Советский Союз уже проиграл войну.
