Росская империя - Белый крейсер. Возвращение императора. Последняя битва

Подняться до ее положения без стальной воли попросту невозможно.

Как ни странно, допросы Элизабет Харди ничего не дали, она угрюмо отмалчивалась в ответ на все вопросы. А психотропные средства не сработали, даже синтарские, у нее оказалась неизвестного типа химическая блокада. Применять же допрос третьей степени, которого не выдержит никто, опасались по причине слабого здоровья пленницы — нельзя позволить ей умереть до того, как она расскажет все.

Конечно, можно было бы поручить допрос опытным психологам, когда-нибудь они достигнут успеха, сломают Харди, но времени не было.

Почему Соргин так считал, он и сам не знал — предчувствие, причем очень сильное. А таким предчувствиям стоит доверять. Те, кто стоял за Карханом, еще не вбросили в игру своего камня. И каким будет этот камень — неизвестно. Поэтому вчера вечером координатор выдержал настоящую битву с императором, в конце концов убедив Его величество, что информация важнее мести. Что пусть Харди живет, если начнет говорить. Хорошо жить ей никто не позволит, камера-одиночка — это лучшее, на что она может рассчитывать.

— Добрый день, мисс Харди, — вежливо поздоровался Соргин холодным тоном.

— Добрый? — иронично оскалилась она. — Это смотря для кого. Кто вы? Судя по охране, большой начальник.

— Глава имперской СБ, — усмехнулся координатор, не посчитав нужным скрывать свою должность.

— Надо же какая честь! — съязвила Харди. — Сам глава всесильной СБ изволит меня допрашивать…

— Так вы тоже не из шестерок будете, — резонно заметил Соргин.

 — Император с вами говорить не станет, он не простит эпидемии, а я профессионал.

— И что же вам от меня нужно? — поудобнее устроилась на жестком стуле феминистка.

— Ответы на кое-какие вопросы, — честно сообщил координатор.

— А зачем мне на них отвечать, если вы все равно меня казните? Смысла нет.

— Тогда я задам вам всего один вопрос. Жить хотите?

— Кто же не хочет? — пристально посмотрела на собеседника Харди, в ее глазах на мгновение блеснул какой-то странный огонек.

 — Я исключения не составляю. А что, есть варианты?

— Имеются, — Соргин сложил руки на столе.

— И каковы же они? — непроизвольно подалась вперед женщина.

— Их три, — спокойно произнес координатор. — Первый: вы молчите, в результате чего будете казнены максимально болезненным образом. Второй: вы сотрудничаете не в полной мере, поэтому умрете, но умрете безболезненно. Просто уснете.