Уже с первых дней Первой Мировой войны он вновь носился угорелым тушканчиком, организуя работу Красного Креста на фронте.
Да и потом именно благодаря его энергии Военному министру Поливанову удалось мобилизовать коммерческую, частную промышленность России на военные нужды и в кратчайшие сроки преодолеть кризис снабжения Русской Императорской армии. В истории, известной Максиму, это про-изошло в конце 1915 года, здесь же, из-за отставки Сухомлинова уже в начале ноября 1914 года, все началось значительно раньше…
Максим просто дал надежду этому отчаянному бонапартисту.
Поддержал его. И указал путь, идя по которому, тот сможет добиться настоящего признания Императора. Ведь именно этого, несмотря ни на что, желал Гучков… вплоть до полного своего разочарования в Августейшей фамилии глубокой осенью 1916 года.
Глава 7
1915 год, 12 июня. Петроград"
"Разговор Меншикова с Гучковым имел самые далекоидущие и решительные последствия. Уже на следующий день «свободная пресса» начала мягкую атаку по всем фронтам.
Ну как мягкую?
Никаких прямых обвинений поначалу не звучало.
Просто народу рассказывалось о некоторых «славных» людях. Например, был опубликован «послужной список» на генерала от инфантерии Рузского. Никаких выводов. Просто констатация фактов, из которых путем несложных размышлений получалось, что приписываемые ему успехи оказывались исключительно достижениями его подчиненных, а вот провалы – следствиями его приказов. То есть получался редкой «красоты» мерзавцем и полной бездарностью.
Что, разумеется, возбудило не на шутку общественность.
Особенно в отношении Георгиевской думы, которая утвердила 23 августа 1914 года Николаю Владимировичу сразу два ордена Святого Георгия – 4-й и 3-й степени. Как это понимать? А его награждение Георгием 2-й степени уже 22 октября того же года? С какой стати?
Не замедлила всплыть история с десантной операцией на Пиллау. Той самой, которая позволила взять мощнейшую германскую крепость в Кенигсберге и спасти Северо-Западный фронт. Совершенно неожиданно оказалось, что в разработке и подготовке участвовали не только Колчак и Эссен, но и Меншиков.
Более того, именно Меншиков инициировал эту операцию, полностью разработал сухопутную часть и способы взаимодействия с моряками, а также выступил инструктором для тайно собранного десантного батальона. Не умаляя заслуг Колчака и Эссена, общественность обратила внимание на то, что Николай Оттович представил Меншикова к ордену Святого Георгия. Но Георгиевская дума отказала.
