Это было прошение об отставке по состоянию здоровья, которое Максим действительно мог подать, опираясь на количество ранений. Причем написано оно оказалось почерком Татьяны. От парня там была только подпись.
– Плохо себя чувствовал, попросил супругу написать… – пояснил ротмистр.
– Ваше Императорское Величество, вы позволите? – спросил Главнокомандующий, протянувшись к прошению. Тот растерянно глянул на дядю и охотно отдал листок.
Николай Николаевич внимательно прочитал прошение, после чего медленно и со вкусом порвал его, с вызовом смотря Максиму прямо в глаза.
И не пополам, а добротно – на мелкие клочки.
– Ваше Императорское Высочество, мне нужно все же переписать его своей рукой?
– Прекратите паясничать!
– Есть прекратить паясничать! – бодро гаркнул Максим, продолжая холодно смотреть в глаза обидчику. Родственничек чертов. Хотя чего он хотел? Максим ведь по бумагам бастард, а значит, участь его печальна. Ему вечно придется испытывать на себе ненависть и презрение части родственников.
– Подготовьте подробный отчет о вашем усиленном эскадроне.
Сроку – неделя, – произнес Главнокомандующий.
– Есть подготовить подробный отчет! Сдать его лично вам?
– Нет, Николаю Петровичу, – кивнул он на начальника Главного штаба да так на него глянул, что стало ясно – ничего хорошего тот ему не доложит после изучения отчета. Если вообще доложит.
Максим чуть дал слабину и пренебрежительно хмыкнул. Но Главнокомандующий этого демонстративно не заметил. Он увлек Императора разговором на отвлеченную тему и, развернувшись спиной к лейб-гвардии ротмистру, повел Николая Александровича прочь.
Наш герой скосился на Михневича, но тот лишь развел руками и виновато пожал плечами. Генерал от инфантерии был поражен демонстрацией, но пойти против Главнокомандующего не смел.
Часть I
За последние семь лет я твердо усвоил одну вещь: в любой игре всегда есть соперник и всегда есть жертва. Вся хитрость – вовремя осознать, что ты стал вторым, и сделаться первым.
Художественный кинофильм «Револьвер»Глава 1
1915 год, 5 мая.
Петроград
Николай Александрович сидел за столом и работал с бумагами. Их было много. И чем больше он в них вчитывался, тем сильнее терял концентрацию."
"В этот момент где-то в помещениях послышался шум. Даже ругань. Это окончательно отвлекло мужчину от букв. Он устало потер глаза. Хотел было уже встать, чтобы пройтись, как дверь в кабинет открылась, без стука, явив супругу самого разъяренного вида.
Александра Федоровна ничего не сказала.
