Онлайн-библиотека книг
Получив на двадцать третье февраля новомодный Polaroid, «будущий муж» с довольной улыбкой попенял Наталье на расточительность, а на восьмое марта торжественно преподнес ей три красные гвоздики и милые домашние тапочки.
Пожалуй, эти гвоздики и можно считать точкой пробуждения – именно такие цветочки по четыре штуки она положила на могилки родителям.
Вдруг внезапно Наталья осознала, что она в этом мире одна и всегда будет одна. Надеяться можно только на себя.
К вечеру, после грандиозного скандала несостоявшийся муж покинул комнату в коммуналке, попытавшись напоследок поужинать на халяву, чем окончательно выбесил Наталью.
Последний визит Елены Антоновны запомнился Наталье сильнее всего. Подруга продолжала уговаривать ее изменить жизнь с какой-то странной агрессией, а потом заявила:
-- Ну, блин, как хочешь! Я вообще-то ребенка жду и за Витька замуж выхожу!
-- Додавила?! – усмехнулась Наталья.
-- А ты не завидуй, а то вылетишь отсюда впереди собственного визга! Витек вообще сейчас собирается все точки продавать, и жить мы переедем в Майями как люди, а не как некоторые – Сибирячка с раздражением отпихнула от себя чашку кофе, и по скатерти стало расползаться темное пятно.
Через два дня в новостях промелькнули кадры взорванной машины и глубокий голос диктора с нотками трагизма сообщил: «… в этот момент бизнесмен находился не один. Его сожительница Елена также погибла на месте. Фамилию мы не озвучиваем по просьбе следствия».
На похоронах Елены Наталья не присутствовала – приехавшие родители подруги увезли закрытый гроб в свою Сибирь.
Страх придавил Наталью липким одеялом. Она бестолково металась по своей комнате, не зная, на что решиться, слабо понимая, что нужно делать и как дальше жить.
Новый владелец кафе вел себя с официантками так, что становилось понятно – мужик считает их своим гаремом и кайфует от власти. Последняя регистрация закончится через три месяца. Конечно, за это время Наталья успела отложить кое-какие деньги.
Однако, и жизнь без прописки, и те же самые лишние смены, и последний неудачный роман, а особенно жуткая смерть Ленки-сибирячки – все это сильно сказалось на ней. Не добавляла радости жизни и вечная московская суматоха. Наталья с ужасом понимала, что в двадцать с небольшим лет она выжата как лимон.
