Кстати, это спаренный телефон, так что…
После паузы снова послышался голос Мошера:
– Что? Появляются конкуренты?
– Да.
– Мне казалось, что мы расчистили себе дорогу.
– Мне тоже, но мы, оказывается, ошиблись.
– Может, это Виазелли хочет прибрать к рукам то, что ему не принадлежит?
– Нет.
– Может, еще кто?
– Думаю, что нет.
– Что говорит О'Хара?
– Он сыграл в ящик сегодня утром.
– Mine gut!
– Пока что никого из новых людей нанимать не будем. Сперва кое-что выясним.
– С Виазелли ты уже поговорил?
– Нет пока.
Он прислал своего представителя на предварительную беседу.
– И?..
– Пока ничего, он все еще говорит.
– Так, может быть, это Виазелли?..
– Не думаю, не уверен.
– Слушай, Норм…
– Да.
– Давай бросим все дела, может быть, уже пора на отдых? У меня, к примеру, есть симпатичный домик в Грейт-Нек, жена, семья… Хорошего – понемножку. Зачем искушать судьбу?
– Я тебе хорошо платил эти двадцать лет?
– Да.
– Много ли тебе приходилось работать за последние десять лет?
– Ты же знаешь – пустяки.
– Ведь ношу тянули Джимми, Скотти и О'Хара, правда?
– Ну, Скотти особо не надрывался.
– Теперь придется и ему поработать.
– Норм, сделай одолжение, прошу тебя, дай мне выйти из игры!
– Нет.
– Ну хорошо, – ответил Мошер упавшим голосом. – Что нужно делать?
– Для начала надо поработать ножками и собрать кое-какую информацию. Есть такое место под названием Ф-ОЛ-К-Р-О-Ф-Т. Фолкрофт. Это санаторий в местечке Рай, под Нью-Йорком.
– Понял."
"– Постарайся узнать, что это такое. Попробуй пробиться туда, к примеру – на лечение.
– О'кей. Я свяжусь с тобой позже.
– Марв? Пойми, если бы ты не был мне крайне нужен, я бы тебя не беспокоил…
– Да, я понимаю, Норм. Я перед тобой в долгу. Звякну тебе завтра.
– Передай привет своим.
– Zama gazunt.
Фелтон положил трубку и довольно потер руки. Частный санаторий? Это не может служить прикрытием для какой-нибудь правительственной организации… Так!
За оставшийся вечер Фелтон сделал еще два звонка: один – Анджело Скотиччио в Филадельфию, другой – Кармине Виазелли.
Глава двадцать третья
Поезд местного назначения грохотал колесами по изношенным рельсам пригорода Филадельфии. Сквозь пыльное стекло окна Римо Уильямс смотрел на проносящиеся мимо пригороды Филли, земля которых стала чуть ли не самой дорогой в Америке.
Сама Филадельфия давно превратилась в гетто, окруженное фешенебельными кварталами особняков. Аристократы отступили сюда и заняли последнюю оборонительную позицию в битве с наступающей беднотой.
