Рождение

Поэтому тот немного погодя сам напомнил об этом:

– Ну так как, ты с нами?

– Да, – твердо ответил Ликоэль. Но едва массивная фигура исчезла в темноте, как его захватил вопрос, не является ли насилие заразным. И точно ли решение прибегнуть к ответному (только к ответному) насилию – продукт его собственного разума и было принято вовсе не под влиянием некоего психического искажения, которому он подвергся под воздействием этих троих. И насколько это решение разрушит его личность и систему ценностей цивилизованного человека, который, как всем известно, по своей природе просто не способен к насилию…

Короче, когда лежащие вокруг него темные фигуры зашевелились и начали потихоньку стягиваться к закрытому на ночь люку «капли», Ликоэль все еще продолжал напряженно размышлять над аспектами принятого решения и возможным влиянием этого решения на его личность.

Поэтому он не заметил, в какой момент перед ним нарисовалась кряжистая фигура в странной одежде, которую, как выяснилось несколько позже, именовали «боевой комбинезон».

– А куда это вы собрались, детки? – насмешливо спросила кряжистая фигура.

Киольцы замерли. Ликоэль подобрался. Вот и настал его час. Однако, похоже, над вопросом, мучившим мастера все утро, напряженно думал не он один. И многие из тех, кого мучил тот же вопрос, как видно, пришли к похожим выводам. Потому что в этот момент тот самый парень, которому вчера выбили зубы, зажмурился и, отчаянно закричав что-то непонятное, кинулся на преграждавшую им путь фигуру, вытянув в ее сторону стиснутые в кулаки руки.

"

"– Бум! – Резкий удар коротким обрезком пластиколевой трубы по лбу опрокинул бегущего на землю. А все тот же голос лениво произнес:

– Первый готов. Еще кто-то хочет?

– А-а-а-а! – взревел следующий подопытный, к которому тут же присоединился еще один, потом еще, и Ликоэль понял, что, если они хотят покинуть этот остров, то и ему не следует оставаться в стороне. Он шумно вдохнул и, сжав кулаки, тоже вытянул руки и бросился вперед. Это было последнее, что он помнил…

Очнулся Ликоэль уже в регенераторе.

Запястье его левой руки было зафиксировано в держателе, так же; как и предплечье правой, и это, скорее всего, означало, что руки у него сломаны. Впрочем, они уже не болели. На лице, которое слабо и неверно отражалось в изогнутой крышке регенератора, виднелось несколько уже изрядно пожелтевших, но все еще довольно заметных синяков. Судя по всему этому он находился в регенераторе не менее двух часов.