Рожденная жить (СИ)

Платье Айвенлин было серебристым, но, если фигурка Данелии притягивала взгляд своими формами — тонкой талией, высокой грудью, то фигура Айвенлин не привлекала совершенно. Видимо, даже корсет не смог подчеркнуть несуществующую талию и маленькую, плоскую грудь.　

А лицо! Когда я перевел взгляд на лицо подходившей все ближе девушки, то ее вид меня просто потряс. Очень бледная, с собранными в прическу тусклыми темными волосами, губы поджаты в тонкую линию, а цвет и выражение глаз не возможно отчетливо рассмотреть из-за небольшой вуали, прикрывающей верхнюю половину лица.

　

Когда долгожданным гостям осталось пройти совсем не много, чтобы приблизится к трону, из толпы придворных, шепотом обсуждавших гостей, послышался презрительный возглас:　

— И вот это бледное нечто будет нашей королевой?　

В ответ на этот вопрос произошло сразу два события!　

В зале сразу наступила оглушающая тишина и все с любопытством замерли, ожидая реакции Герцогини. Один из Виконтов Деверли буквально скользнул в сторону и, спустя пару секунд, подвел, держа за шиворот, к остановившейся и спокойно его поджидающей госпоже, упирающегося молодого человека с обрюзгшим лицом и намечающимся животом.

Некоторое мгновенье, ничего не происходило, а затем прозвучал совершенно спокойный и не выразительный голос Айвенлин.　

— Как зовут разговорчивого господина?　

Из толпы ей пояснили:　

Услышав ответ, она обратилась к нему:　

— Барон, вы знаете, кто я? Вы слышали, как объявляли мой титул?　

И после того, как, потерявший всю свою браваду, барон кивнул, герцогиня добавила:　

— Значит, вы знаете, лорд, что за оскорбление высокородного, выше вас по титулу и положению в обществе, вы можете быть наказаны плетьми или вызваны на дуэль.

Но сегодня я в хорошем настроении, и поэтому вы просто лишитесь своего болтливого языка!　

Не успели эти слова сорваться с ее губ, а шокированные слушатели осознать их, второй виконт шагнул вперед к барону Визэргли, и резко ткнул пальцами провинившемуся под челюсть, заставив его широко открыть рот.

В одно мгновенье кончик его языка был отсечен! Глядя на его действия, совершенно спокойно Герцогиня приказала:　

— Теодор, остановите кровь! Лорды, отпустите его!　

В ответ на ее распоряжение, маг одним пассом руки, остановил кровь, а Виконты отпустили ошеломленного пострадавшего, вложив ему в руку его собственный язык! Один близнецов спокойно посоветовал барону бегом бежать к магам, пока еще можно все исправить. Но пострадавший никуда не побежал.