Рожденная жить (СИ)

Затем пришли воспоминания о том, как меня буквально вытолкнули из основной массы охотников, очень искусно заблокировали свиту, и, в тот момент, когда кавалькада резко свернула за собаками, меня вынудили уйти в другую сторону от всех.　

Преследователей оказалось довольно много, человек десять, но мой конь сильнейший представитель своей породы. Равных ему очень мало, разве что «зверюга» герцогини будет идти вровень с ним, поэтому я был уверен, что уйду от погони. Какое-то время мои надежды оправдывались, но, выскочив на поляну, я понял, что меня загнали в ловушку.

Количество моих противников увеличилось, но все они не стали подъезжать ко мне. Убийцы просто начали расстреливать меня, как мишень на стрельбище. Сначала стрелы хорошо отражал магический шит, который в виде медальона висел на моей шее, но потом, по команде главаря, двое стали стрелять стрелами с магической начинкой. Щит не сработал, амулет пришел в негодность. Грудь и плечо обожгло болью, после чего сразу стало невозможно дышать. В это же время, я почувствовал, как содрогнулся подо мной конь, после чего я упал в снег.　

В последний момент мне показалось, что я вижу перед собой Айвенлин, такой, какая она была на последнем балу, сверкающей от маленьких бриллиантов или капелек воды. Затем, картинка сменилась, и я вроде бы увидел, как на полном ходу на поляну вылетает ее зверюга, и, естественно, она находилась в седле.　

Больше ничего не помню. Зато чувствую, что все еще хочу пить. Сначала бы попить, а потом подумать о том, что же все-таки произошло.

　

Пока я предавался воспоминаниям, совершенно выпустил из виду девушку, хотя, я ее и до этого не видел, а сразу, как она замолчала, и не слышал.　

Внезапно, я почувствовал, как она аккуратно приподнимает мою голову, произнося:　

— Ну, что, хороший мой. Пить, наверное, опять хочешь? Давай попробуем еще раз.　

После этого ее губы прикоснулись к моим. Не успев удивиться, я понял, что меня просто поят таким необычным способом, видимо, без сознания иначе напоить меня было невозможно.

Но этот подход меня безумно восхитил! Несколько раз моя спасительница набирала отвар. Последний раз проглотив, по всей видимости, целебное питье, даже не пытаясь шевельнуться или открыть глаза, я поцеловал нежные губки, которые прижимались к моим. Я ласкал их, не торопясь и продлевая этот момент. Воспользовавшись тем, что она замерла, углубил поцелуй, действуя белее настойчиво и страстно.