Рожденная жить (СИ)

　

Прислуга и все арестованные слуги из подвала проверены, около двадцати человек просто выставили за ворота, и пятеро будут ждать суда в подземелье, а мы, наконец-то, можем просто лечь спать.　

И как только они еще могут любезничать и целовать девушкам ручки? Мне лично хочется поцеловать подушку и не отпускать ее из своих объятий пару дней.

Мы успели. Отец нашей Данелии жив, и девочки уверены, что теперь он быстро поправится. На второй день нашего пребывания, Нел познакомила нас с ним поближе, и со смехом рассказала о том, каким образом герцог де Мелвел приобрел вторую дочь и двух взрослых сыновей.

　

Познакомили мы его и с женихами наших девочек, и, если принцем он был буквально очарован, то по поводу Жака ничего не сказал, просто попросил Нел остаться в комнате для приватного разговора. Сестрички остались обе, и вышли из его покоев спокойные и невозмутимые спустя двадцать минут. Затем Лин развеяла наше любопытство. Граф задержал в комнате дочь, пытаясь выразить запрет на ее предполагаемый брак с Жаком и сообщением о том, что он заключил помолвку от ее имени два года назад.

Девочки спокойно его выслушали, а затем также спокойно Айвенлин разъяснила графу всю глубину его заблуждений по поводу его прав распоряжаться судьбой дочери, и посоветовала ему сначала научиться беречь и распоряжаться хотя бы своей.　

Затем, по всей видимости, он добила его, добавив, что впредь мы не собираемся нестись сломя голову к нему на выручку.　

Мне даже стало немного жалко этого мужчину. Глядя на двух, на первый взгляд, молоденьких, восторженных, легкомысленных девушек, он естественно не ожидал встретить твердую сталь устоявшихся характеров.

Представляю, как содрогнулась его душа, встретив твердость взглядов, еще недавно казавшихся таким милыми и наивными, девушек. Надеюсь, сразу после этого он раз и навсегда отказался навязывать своей дочери какие-либо решения и понял, что совершенно не знает девушку, которая называет себя его дочерью.　

Десять дней. Мы отдыхали целых десять дней, ни каких тренировок, ни каких придворных дам и шпионов, ели, спали, катались на лошадях и присматривали незаметно за сестричками.

　

О, богиня! А у них любовь. Постоянно можно было наткнуться то на одну целующуюся парочку, то на другую. Мы вздыхали, они смеялись и были откровенно рады выпавшей на их долю удаче. Вдали от завистливых глаз и надоедливых ухажеров, они могли просто разговаривать друг с другом, обо всем и ни о чем, держаться за руки и носить любимых на руках.