Рожденная жить (СИ)

Мальчики говорят, что руки у них засветились, и они начали гладить ладонями твое бесчувственное тело. Девочки же говорят, что не гладить, а жалеть. Когда я, почувствовав применение магии в замке, проснулся и разбудил Герцога, мы, разумеется, сразу побежали в западное крыло к нашим неугомонным деткам. На ходу, сориентировались на свет и, забежав в твою комнату, обнаружили странную картину.　

В ярко освещенной комнате, на кровати, с рваными ранами лежишь ты и рядом с тобой две бледные до синевы девчушки.

На полу лежат окровавленные тряпки похожие на одежду, а рядом стоят ошеломленные близнецы: один с лампой, освещающей вас, а другой с тазиком воды, окрашенной в алый цвет. Когда я начал проверять ваше состояние, оказалось, что у девочек магическое истощение, а у тебя большая потеря крови, но самые страшные порезы закрыты. Так, что юных, «недоделанных» магичек унесли в их комнаты, а мне осталось просто тебя долечить.　

Теперь вот, они, второй день лежат в постели, без сил, а ты пришел себя и тебе уже ничего не грозит.

Что и как они делали, не знаю! Но жалели они тебя качественно, так что еще поживешь. И у меня к тебе, Жак, большая просьба: не надо больше так расстраивать наших маленьких леди, а то, если в этот раз у них с расстройства всего лишь случился прорыв в магии, я боюсь загадывать, что будет в следующий!　

Рассказывая, я заменил Жаку повязки, удивляясь вслух тому, что там, где поработали малышки уже и следов-то почти никаких нет. Напоил его лекарством, ускоряющим регенерацию.

После этого пришла сиделка, и мы, с Герцогом, посмеиваясь над ошарашенным выражением лица Мастера, вышли из комнаты, что не мешать ей его кормить.

В течение пяти дней я валялся в постели. Потихоньку, втайне от лекаря вставал. Сначала просто ходил по комнате, сил было так мало, что я часто присаживался в кресло, затем начал делать легкие упражнения. На пятые сутки, благодаря неусыпной заботе лекаря, я чувствовал себя уже достаточно хорошо для того, чтобы продолжить муштровать своих воспитанников.

Во двор я вышел в тот момент, когда они, под присмотром капитана стражи, проходили полосу препятствий. Глядя на них чуть со стороны, я подумал, что детки уже подросли и пора ее усложнять.　

Первой меня, конечно, заметила Золотко, и, так как в это время она проходила бревно с раскачивающимися мешками, то, естественно, зазевалась, и один из них сбил её на землю. Затем меня заметили и остальные.