— Ты отлично справился с поставленной задачей, можешь смело переквалифицироваться в посыльного, без работы не останешься, — смех Велеста не был веселым.
И тут Света услышала приглушенное рычание.
— Женщина….Она что — ещё жива?
Лана пискнула и зажала рот рукой.
На её пороге стоял ещё один вампир. И он не был настроен дружелюбно."
"— И таковой останется, — слова Велеста не обсуждались.
И он это знал.
Поэтому отошёл от двери. И Лана увидела «посыльного».
Перед ней стоял монстр. Чудовище. Хозяин Преисподней. По-другому, этого человека она назвать не могла.
Хотя, какой он человек….
В её квартиру медленно, с грацией хищника, входил мужчина. Он был огромного роста, выше Велеста. И в плечах тоже. Но не это поразило Лану. Его лицо было высечено из камня, и художник в своё творение вложил всю злость мира. В его глазах пылал огонь ярости, брови хмуро сведены, губы улыбались, но улыбкой палача. На правой стороне лица тоже была выбита тату, но…здесь не было и намека на художественное содержание. Какие-то символы, линии, знаки.
И мало того, эту татуировку перечеркивали следы от ожога.
Она старалась не пялится на него, но у неё не получилось.
Он, естественно, заметил её пристальный взгляд и не оставил без ответного внимания:
— Велест, ты сдаешь позиции. Я мог предположить, что застану тебя без одежды у красотки-ведьмы, и мы продолжим развлечения вместе, но тут…Женщина…Смертная…И, притом, похожая на воробушка.
Именно воробушком, беззащитным и дрожащим, и почувствовала себя Лана под взглядом вновь прибывшего мужчины.
Она интуитивно сделала шаг в направлении Велеста. Точно искала у него защиты.
Велест успел скинуть полотенце и, никого не стесняясь, стал натягивать штаны. Он заметил движение Ланы, и удовлетворение разлилось по телу. Девчонка перестала в нем видеть врага, страх перед ним уступил страху перед Борисом. Мужчины переглянулись. Глаза Бориса потемнели, в них появились красноватые оттенки, первые признаки того, что он не просто зол, он в бешенстве. За шутливыми репликами скрывалась ярость.
Ему не впервой сталкиваться с подобной реакцией на свою внешность. Если в мире вампиров уже знали, что Борис Сандровский обладает не только демонической внешностью, но и имеет репутацию зверя, не знающего жалости, и старались держать эмоции в узде. Над его внешностью никто не смел подтрунить или просто что-то сказать, не рискуя превратиться во врага Сандровского. А Борис со своими врагами не церемонился. Люди же за свои ошибки и человечность расплачивались смертью.
