На мой вопрос о самочувствии она ответила, что мне не о чем беспокоиться, и больше до конца танца не произнесла ни слова и даже не ответила на еще один мой вопрос. Честно говоря, последнее время она меня все чаще удивляет, и я никак не составлю о ней окончательного мнения.
Бал продолжается, но, на мое счастье, дамы ждут другую жертву и не обращают на меня внимания.
Спустя час прибыл бард. Ну что я могу про него сказать: молодой человек лет двадцати шести на вид, блондин с голубыми глазами и стройной фигурой, очень обаятельной улыбкой.
Но мой друг граф Дали охарактеризовал его по-своему:
— Смазливый ублюдок!
— С чего ты так решил? — спросил я.
— На самом деле ему уже почти пятьдесят лет. Цветущий внешний вид ему помогает поддерживать его жена, магиня жизни. С высокородных дурочек он сострижет неплохой урожай драгоценных подарков. Может, даже переспит кое с кем, но он очень осторожен с высокородной публикой и намеренно никаких законов не нарушает. Пару лет назад он выступал у вашего отца во дворце, и мой отец, как глава службы безопасности, наводил о нем справки.
Пока мы разговаривали, блондинчик начал петь слезливую балладу о любви. Голос у него действительно был неплохой и в сочетании с внешностью и артистичной игрой вызывал у женской половины зрителей слезы."
"Заметив, что на меня никто не обращает внимания, я отошел к дверям с большими стеклами, сквозь которые было видно, как бушует на улице метель, как кружатся снежинки под музыку, которую ноет им ветер.
За этими дверями находились ступеньки, по которым можно было спуститься в королевский сад. Мне безумно хотелось туда выйти, ведь там сейчас никого нет и можно хоть на миг просто вдохнуть свежего воздуха, ненадолго отрешиться от действительности. Это желание оказалось непреодолимым.
Оглянувшись и удостоверившись, что на меня никто не смотрит, я, взявшись за ручку, потянул дверь на себя и выскользнул на улицу. Ветер сразу же разметал волосы, и снежинки закружились вокруг, ударяя в лицо и тая на губах.
Этот проказник резкими порывами попытался сбить меня с ног. Возвращаться не хотелось, и, заметив, что за поворотом он вроде бы потише, я сделал десяток шагов и повернул за угол. Мне сразу показалось, что я оказался в другом мире. Окна бального зала выходили на другую сторону и освещали малый сад, а здесь передо мной во всем своем мрачном зимнем великолепии раскинулся темный парк, в котором стояли мощные деревья, подняв к небу голые ветви.
