Рождественские байки с Перекрёстка (СИ)

А потом он увидел девочку, красивую, похожую на его Птичку, но с голубыми, как летнее небо в ясную погоду, глазами Матвея Северова. Если бы он удержал возле себя свою любимую девочку, сейчас у него была бы такая дочь.

«Катя, — прошелестело где-то над ухом, — ты назвал бы ее Катюшка», — и он даже зажмурился от этого видения.

— Хорошо, — медленно просипел, поднялся и вылил содержимое бутылки в раковину. Бес чуть слышно вздохнул. Север взял телефон и нажал на «включить».

Десять пропущенных звонков от Лизы, ему стало нехорошо.

Дрожащими пальцами нажал вызов и услышал захлебывающийся от плача голос:

— Матвей, едь скорее сюда, он жив, это была клиническая смерть, она святая, эта докторша, стала его реанимировать, его седечко заработало, ты слышишь, Матвей, наш Димка живой…

— Слышу, слышу, не плачь, я уже еду, — говорил, а сам пробовал справиться с дрожью в теле и трясущимися руками. Не глядя на Беса, бросился в гараж, благодаря… сам не зная, кого благодаря, что не стал пить и теперь может сесть за руль, а через несколько минут уже мчался по вечерним улицам.

— Как ты добился его возвращения?  — спросил Бес Ангела, примостившись на заднем сиденьи северовской «Хонды».  — Ваши такое не очень любят.

— Батю попросил, — коротко и не очень охотно ответил Ангел, — он помог.

Алька сразу его узнала. Он возмужал, раздался в плечах, но при этом оставался все тем же умопомрачительно красивым парнем, в которого она, семнадцатилетняя девочка, влюбилась сразу, лишь только ей показали издали самого видного парня университета.

Темные волосы, голубые глаза — королевская порода. Алька пропала и несколько месяцев изнывала от безответной любви, а потом вдруг случилось настоящее чудо, потому что Матвей Северов стал проявлять к Альке интерес.

Она попыталась поначалу сопротивляться, но устоять против его напористых ухаживаний просто на смогла. Дальше было как в сказке, свидания, поцелуи, а потом та волшебная ночь после ее восемнадцатилетия и страшное, жестокое утро.

Теперь ей приходилось смотреть в любимые — все еще так же любимые — глаза и говорить об остановке сердца, как об обыденном рядовом событии. Ну почему именно ей пришлось сообщить ему о смерти сына?

Алька вернулась в операционную, нужно отключить приборы. Она остановилась, рассматривая мальчика. Лет пять, а может четыре, на Матвея совсем не похож, а может, это от того, что черты заострились… И вдруг она ясно увидела сигнал на экране монитора.