Рождённая в ночи

Девушка откинулась на спинку кресла и пила безалкогольное махито. Её лицо утратило тревожность, черты разгладились, и она выглядела ещё более привлекательной, если такое вообще было возможно.

Чувство собственника снова взыграло у Велеста. Он никому её не отдаст. Никому не позволить разлучить их и встать на пути к счастью. Уничтожит любого, посмевшего претендовать на его женщину. Её смех отныне стал частью его существа. А улыбка Ланы необходима ему как воздух.

Облегчение от того, что она согласилась жить в их резиденции, длилось не долго.

Возникли другие сомнения, куда более серьезные. Отныне ему требовалось не только её мягкое податливое тело, ему нужна была её душа. На губах Велеста заиграла циничная ухмылка. Князь Сандровский был покорен. Кто бы мог подумать….Он веками играл чувствами женщин, менял любовниц чаще, чем рубашки, не запоминая лиц и имен. Для него главное, чтобы женщина была податлива и покорна, выполняла его требования.

Теперь он сам готов был покориться. Ему было плевать на гордость и тщеславие.

Он пойдет по раскаленному металлу, лишь бы она была с ним. Но не принуждая. Не пугая.

Велест сжал зубы. Если понадобиться, он будет удерживать Лану силой. Год, два…Столько, сколько понадобиться.

Лана, точно почувствовав, что он думает о ней, обернулась, и их глаза встретились. Она улыбнулась теплой улыбкой, и сердце вампира ёкнуло. Усилием воли он сдержал порыв не сорваться к ней и не сжать её хрупкое тело в объятиях.

Его мысли прервал Аркадий.

Он пересел к нему ближе и невесело сказал:

— Боюсь тебя огорчить, Сандровский, но твой брат хочет видеть меня.

Брови Велеста наигранно медленно поползли вверх.

— Интересно, зачем это?

Аркадий пожал плечами и вытянул ноги, демонстрируя расслабленность. Хотя плечи его были напряжены. Предчувствие надвигающейся беды не покидало дрампира. В воздухе они были наиболее беззащитны.

— Меня тоже заинтересовало предложение Игоря встретиться. И поговорить.

— Может, он решил тебе предложить примкнуть к клану Сандровских? — усмехнулся Велест, тем самым давая понять всю абсурдность данного предположения.

— Не думаю….Если я отказываюсь от твоего родства, то, что изменит предложение главы клана?

Велест прищурил глаза. Он мог поклясться, что голос сукина сына дрогнул. Илларионов не так безразличен, как пытался казаться. В последнее время их пути постоянно пересекались, они стали чаще общаться, и вампир перестал замечать отчужденность в поведении Илларионова.