Ртуть

Боль, которую причинит мне это количество ртути, сломает меня.

Был только один способ выяснить это.

Ртуть в кузнице ощущалась как небольшое уплотнение в центре моего сознания. Легкое давление. Когда я закрыла глаза и потянулась к ней, ртуть оказалось морем, бездонным и огромным, а я — чем-то незначительным, плавающим в нем. Но я не тонула в нем. Я чувствовала себя в безопасности, покачиваясь на поверхности. Я могла погрузиться в него, если бы захотела. Позволить поглотить меня и укрыть от всего мира.

Я глубоко вдохнула, протянула руку, дотронувшись кончиками пальцев до холодной, твердой глади, и заговорила с ней.

Все произошло быстро. Только что портал был твердым. В следующую секунду он превратился в сверкающую поверхность жидкой ртути, переливающейся в свете факелов. Громкий гул звучал в моих ушах, неестественный и диссонирующий. Неприятный звук, но он завораживал меня, и я унеслась мыслями куда-то вдаль…

Моя нога зависла над поверхностью портала. Всего дюйм. Это все, что нужно, и я уйду…

В пещере пронесся порыв страшного ветра.

Носок моей обуви коснулся ртути, но, прежде чем я успела сделать шаг, в меня врезалась стена сверкающего черного песка, отбросив назад.

Я больно упала, приземлившись на бок, и бедро взорвалось болью. Дыхание ворвалось в легкие, ледяное, настолько холодное, что я издала громкий шокированный вздох. Я была… я…

Он появился из облака черного дыма, словно ночной кошмар, шагнувший через темные врата ада. На нем была та же рубашка, что и в кузнице.

И те же штаны. Но теперь на нем была серебряная пектораль и нагрудник, а в руке он держал Нимерель, и черный меч потрескивал от невидимой силы, которая окутывала его тьмой, словно саван.

Ботинки Кингфишера уверенно стояли на краю портала. Он не двигался, преграждая мне путь к моему брату. Его глаза пылали.

— Я потрясен. Уходишь, не попрощавшись?

Я приподнялась на локте, затем смогла сесть, поморщившись от резкой боли, пронзившей мой бок.

— Я не обязана с тобой прощаться.

Я ничего тебе не должна!

Какую бы боль ни причинило мне пробуждение ртути, она меркла по сравнению с ужасами, которые сулило холодное выражение лица Кингфишера. Он схватил меня за лодыжку и грубо дернул к себе, волоча по полу. Меньше, чем через секунду я оказалась прижата к полу его массивным телом, а Нимерель коснулся моего горла.

— Правило номер три. Не заставляй меня заниматься никакой физической активностью, — прорычал он.