Ртуть

Рен вскрикнул, звук получился сдавленный, и казалось, что он вот-вот забудет о собственных словах и вслепую бросится в реку. Его остановила протянутая ладонь Лейн.

— Не надо! Оставайся на месте! — крикнула она.

— Ты ранена? — крикнул Фишер.

Его единоутробная сестра печально улыбнулась. — Совсем чуть-чуть. Со мной все будет в порядке, Фишер. Не волнуйся. — Она выглядела так странно. Ее бледная кожа светилась изнутри, излучая неземное сияние. Волосы развевались вокруг нее, как будто она находилась под водой, но при этом она не была мокрой.

Ее волосы, кожа, одежда — все было сухим. Дождь лил сильнее, чем когда-либо, но ни одна его капля не коснулась Эверлейн.

— Беги к реке! — крикнул Рен. — Плыви! Как только ты доберешься до середины, мы тебя поймаем!

В ответ она с сожалением покачала головой. — Я никогда не доплыву, Ренфис. И вообще… я не могу.

— Что значит — не можешь? — Вопрос был полон паники.

Милая Эверлейн. Она была так добра ко мне в Зимнем дворце. Я была слишком ошеломлена своим новым окружением, чтобы по-настоящему оценить это, но она была мне другом.

Заботилась обо мне. А теперь ей грозила смертельная опасность, и я ничем не могла ей помочь. Никто из нас не мог ничего сделать.

Фишер стиснул зубы, на его лице появилось отчаяние. Он знал, почему она не могла этого сделать. — Ее шея, — прошептал он. — Посмотри на ее шею.

У основания стройной шеи Лейны блестела тонкая золотая полоска. Это была прекрасная вещь. Красивая. Похоже, на ней был выгравирован какой-то узор, хотя с этого места я не могла разглядеть детали.

К полоске металла была прикреплена золотая цепочка. Как только я заметила, что она спускается вниз перед ней, она натянулась, и Эверлейн покачнулась влево, едва не потеряв равновесие.

Фишер зашипел, когда толпа вампиров расступилась, и высокий красивый мужчина со светящейся кожей и подстриженными светлыми волосами вышел вперед и встал рядом с ней. Одетый в черные брюки и облегающую белую рубашку, он не выглядел как воин; его наряд наводил на мысль, что эта небольшая прогулка под дождем прервала какой-то званый ужин.

Он был моложе Малкольма, но при этом чуть выше, чуть шире и не менее опасен. Я чувствовала его силу — пронизывающий холод, разливающийся по реке и проникающий в мои кости.

— Рад встрече, Фишер! — воскликнул вампир за рекой. — Вижу, тебе удалось восстановить один из своих драгоценных мечей. Поздравляю. Уверен, он будет очень кстати.