Ртуть

Через мгновение он произнес: — Есть два вида вечности, Алхимик. Один — рай. Другой — ад. Неважно, что я сделаю. Убедись, что ты выбрала свою версию бессмертия с умом.

Я моргнула, пытаясь заставить эту версию Кэрриона Свифта обрести смысл в моей голове.

Все те же красиво уложенные медно-каштановые волосы. Все те же голубые глаза и плутовская ухмылка.

Но еще и заостренные уши. И клыки. И он стал таким высоким.

Я ударила его кулаком в грудь.

Я ткнула пальцем ему в лицо.

Он покачал головой, подняв руки ладонями вверх.

— Ты не сказал мне, что ты наследник гребаного трона фей!

— Вот только она не была твоей бабушкой, не так ли?

Я покачала головой, все еще мужественно пытаясь собрать все кусочки мозаики воедино.

— Итак, отец Фишера отвез тебя в Зилварен, когда ты был маленьким, чтобы спасти от Беликона. Он наложил чары на твои уши и клыки, чтобы ты не выделялся. Он взял с собой сумку с книгами, чтобы ты мог узнать о своем наследии и вернуться, когда придет время. И… какая-то женщина спасла тебя?

— Ее звали Орлена, — сказал Кэррион.

 — Орлена Пэрри. Она была рабыней во дворце Мадры. Но в ту ночь, когда она вытащила меня из ртути, она сбежала из дворца. Она отправилась в Третий округ, зная, что там сможет затеряться в толпе. Там она и осталась. Она нашла работу швеи и обеспечила нас жильем. Она вырастила меня так, будто я был ее собственным сыном.

Я не могла в это поверить. Я прищурилась, глядя на него, на его истинную форму, и чуть не разразилась хохотом.

— В общем-то, так и есть, — сказал Кэррион.

 — У меня были книги, которые оставил Финран, о феях и моем народе. Орлена вышла замуж, когда мне было девять, и взяла фамилию Свифт. Вскоре после этого у нее родилась дочь. Петра. Петра выросла и тоже родила дочь. Книги передавались по женской линии, как и я. Они оберегали меня от неприятностей, как могли, и следили, чтобы я не пропустил признаки того, что ртуть пробудилась. Они считали, что это жестоко, что я застрял в Серебряном городе, и что я должен вернуться домой и править своим народом. Женщины из рода Свифтов всегда были очень властными и чрезмерно озабоченными моей личной жизнью.

— Значит, ты знал, чего ожидать, когда ртуть снова пробудилась?

— Все в порядке. Я знаю. — Я действительно верила ему.

Боги, как же все это было взаимосвязано. Отец Фишера был тем, кто спрятал истинного наследника престола Ивелии. Тысячу лет спустя именно его сын оказался тем, кто вернул его обратно. Это что-то значило.