Руины веры

Не продолжает, но ясно дает понять, что ему пришлось намучиться.

Кесседи уже не обращает внимания, берет одну из карт в руки, рассматривает.

— Что за красные точки? — спрашивает серьезно.

— Конечный маршрут. Каждый должен добраться до указанной точки, осмотреться. А вечером, когда заберем, рассказать, что видел, сколько охраны, сколько входов в здания и так далее.

— Вы будете за нами следить?

— Вот еще, — Гил хищно ухмыляется, — и не подумаем. Мы высадим вас и сообщим место, где заберем. Дальше сами за себя.

Если привлечете внимание полиции или СБ, мы не при чем.

— Потому что не знаем адреса, — кивает Кесседи, окидывая взглядом помещение.

— Вот именно, — Гил доволен понятливостью. — Но имей в виду, вы, ребята “снизу”, понимаете, что свою шкуру надо беречь, так что должны знать, лучше в любом случае держать язык за зубами. У нас есть связи. Попадетесь и разговоритесь, найдем и устраним. Это понятно?

— Более чем, — отвечает Райан сквозь зубы.

Молчу, притворяясь тенью. Террористы рискуют, выпуская банду из Нижнего мира на улицы Верхнего.

Но что-то в их плане есть. Когда они выпустят их с взрывчаткой, риски возрастут. А так, даже если кто-то из Проклятых расскажет, что к ним прилетел серебристый флайер, привез “наверх” и поселил в доме с красной крышей, СБ никого не найдут. Поднимется шум, но и только. Домов с красной черепицей тысячи. Проклятые не знают ни названий городов, ни, тем более, мелких поселков, вроде этого. Террористы просто переждут, и снова продолжат, когда шумиха уляжется. Умно. Красиво.

— Больше из Верхнего мира среди вас никого нет? — спрашивает Гил. — Мне не нужны сюрпризы.

Кесседи качает головой. Отвечает уверенно:

— Только я.

Опускаю голову пониже, прячусь за козырьком. Снова прикрывает меня.

— Хорошо, — Гила такой ответ устраивает. Растерянными в новом месте подростками куда проще управлять. И запугивать, разумеется. — Так что твоя задача показать им карты и на пальцах объяснить, как ими пользоваться. Пусть хотя бы поймут, как обозначены улицы.

Названия им не нужны, пусть только сообразят, как идти и куда поворачивать. Это понятно?

— Да, — заверяет Райан. Лицо сосредоточенное.

— Раз уж ты сам “верхний”, — продолжает Гил, — тебе будет проще. Смотри сам, за кем присматриваешь, кого “ведешь”. Мне важен результат и доклад вечером. Все исполнение на тебе. Платим тебе, и работаешь ты.

— Я понял, — огрызается Кесседи, не давая террористу продолжить. — Это все?

— Для начала, — снова ухмылка. — Свободен.