Руки моей не отпускай

Масштабное и серьезное дело тот бы не потянул (и так еле-еле институт окончил за папины деньги), да и боязно было бодаться за бизнес на высоком уровне, и надо бы не в областном центре, чтобы тут всякие правозащитники и деятели чего не раскопали, а подальше, в области.

И перебрав варианты, решил, что завод Ярославцева очень даже подходит под это дело и идеально встраивается в сферу его интересов, вот чиновник и собрался его себе отжать. Предприятие раскрученное, все на мази, доходы стабильные, имя уже наработано, бренд известен, постоянные покупатели есть, даже за рубеж товар у него идет – как раз то, что надо.

А сломать и попортить столь отлаженное дело сложно даже сынку нерадивому.

Ну и столкнулись интересами.

– Да ладно? – приподнялась на локте Ася, с сомнением всматриваясь в лицо Ярославцева. – Что, так прямо и захват устроил?

– Прошлись по нашему заводу по полной, – саркастически усмехнулся Василий. – При его-то административных ресурсах и возможностях.

– Я так понимаю, ты выиграл в этом противостоянии? – не самым уверенным тоном предположила Ася, словно просила подтвердить ее слова.

– Я оказался в СИЗО как подозреваемый в нанесении серьезного денежного ущерба государству по нескольким статьям.

– Сильно, – покачав головой, оценила она масштаб разборки. – И сколько ты там просидел?

– Девять месяцев, – снова усмехнулся Ярославцев.

– Ско-олько-о? – поразилась Ася.

Да уж, думал, быстро разберется и справится, а оказалось, что нет, это не черная полоса настала, а как бы фон.

Поначалу-то Ярославцев фонтанировал возмущением, боролся, предпринимал шаги и поднял волну, все как и положено, и ждал, что со дня на день все разрешится, уж больно очевидным и топорным был нахрапистый наезд в стиле девяностых. И Василий долгое время пребывал в совершенной уверенности, что при серьезной адвокатской команде, которая работала на его стороне, все разрешится самым наилучшим для него образом.

Сейчас.

Анекдот-присказка есть такая: сначала кот боялся пылесоса, а потом ничего, втянулся.

Люди ко всему привыкают, и к плохому тоже.

Камеры в следственном изоляторе были переполнены, собрав разных людей, в основном не сидевших, но и уголовного контингента хватало. Это, конечно, не тюрьма и зона, но жесткие законы проживания в заключении и здесь никто не отменял.