Руки моей не отпускай

И снега чистого наберу, растопим, в аптечке есть специальные препараты для обогащения талой воды, у нас будет много кипятка, сможем заварить сухой паек. Сделаем суп и накормим горячим людей.

Обсуждали предложенный ею план, продумывая, как это осуществить силами нескольких покалеченных людей, и приступили к его воплощению, не найдя иного выхода.

У них все получилось, и Ася, спустившись вниз, начала собирать покореженный лапник и закидывать его в салон вертолета, с тревогой посматривая по сторонам на падавший все гуще снег и понемногу усиливающийся ветер.

Их спасло мастерство пилотов, сумевших удержать машину от падения штопором на пузо, и еще то, что упали они не на таежный массив, а на небольшую проплешину возле болота – вот немного влево, и насадились бы прямо на пики деревьев, немного вправо – и попали бы в болото.

Вот она и топталась на этом небольшом пятачке, подбирая срезанные винтами ветки деревьев.

Но когда из вертолета скинули вниз тросы и по ним стали очень быстро спускаться люди, Ася испытала такое невероятное чувство облегчения, что не могла двинуться с места – стояла и улыбалась, как деревенская дурочка.

– Живые?! – прокричал подбежавший к ней мужчина.

Ася не могла говорить от спазма, перехватившего горло, и только махнула рукой в сторону распахнутого люка на боку вертолета, ее что-то спрашивали, она не понимала и кивала, соглашаясь, а потом…

Она увидела то, чего вообще не могло быть, разве только в ее измученном воображении. Наверное, она просто сошла с ума…

Но, отщелкивая на ходу карабин от троса, по которому спустился, бежал в ее сторону Василий и что-то кричал на бегу…

И в тот момент, когда Ася поняла, что это не мираж и не бред ее воспаленной желанием фантазии, ее накрыло таким огромным чувством счастья, освобождения от беды и какого-то невероятного мощного, потрясающего чувства любви, что тело не выдержало силы всех этих эмоций и переживаний, ноги подкосились, и Ася начала опускаться на землю.

Но он успел.