– Экслибрис – это книжный знак, который наклеивается или печатается на форзац книги. Это что-то вроде подписи или печати владельца книги. Собственно, на латыни экслибрис – EX Libris – это и значит «Из книг», то есть из собрания такого-то.
– И какой же… экслибрис был на той книге? – переспросила я, с трудом выговорив незнакомое слово.
– Из книг доктора Мельца, – тут же ответила Берта Альбертовна. – Там еще был такой рисунок – несколько книг, сложенных стопкой… одна, верхняя, раскрыта…
Надо же, как она хорошо все запомнила! А только что жаловалась на память!
– Так вот, – продолжала старушка, – Максим пролистал эту книгу без большого интереса, но когда увидел на форзаце экслибрис, буквально замер! Как… извините за такое сравнение, как охотничья собака, завидевшая дичь!
При словах об охотничьей собаке Берри с любопытством выглянул из-под стола.
– Интересно… – протянула я.
– Да, интересно… – задумчиво подтвердила старушка. – Кстати, вот мы сейчас заговорили об этом, и я вспомнила, что когда-то видела точно такой же экслибрис на другой книге…
Она потерла переносицу и продолжила:
– Как-то в нашем городе проходил семинар библиотечных работников, на котором выступал известный библиофил и коллекционер Лев Николаевич Разумовский.
Так вот, он показывал нам редкие книги из своей замечательной библиотеки, и на одной, которую он особенно ценил, стоял именно такой экслибрис…
Берта Альбертовна взяла в руки карандаш и набросала на странице блокнота рисунок: две книги лежат одна на другой, а сверху – третья, открытая…
Старушка закрыла блокнот и закончила фразу:
– Лев Николаевич умер через несколько лет после того семинара.
Его замечательная коллекция досталась племяннику. Крайне неприятный молодой человек. Совершенно не в дядю. Боюсь, что от дядиной коллекции уже ничего не осталось.
Честно говоря, я слушала ее в основном из вежливости.
Старые книги меня никогда не интересовали, а про экслибрис я вообще впервые услышала.
А Берта Альбертовна приняла мое вежливое молчание за интерес и продолжила:
– Вот еще что я сейчас вспомнила… прошло буквально несколько дней после пожара, и ко мне вдруг пришел незнакомый человек и спрашивал об этой книге… такой неприятный человек, насквозь фальшивый…
Она сделала небольшую паузу, чуть заметно поморщилась и продолжила:
– На первый взгляд очень приличный мужчина.
