– Уберите это! Уберите немедленно!
– Не раньше, чем…
Тут раздался звук удара, затем что-то упало, потом я услышала тяжелое дыхание, как будто за стеной боролись…
А потом послышался резкий звук, как будто щелкнул бич…
Я никогда прежде не слышала пистолетных выстрелов, но сейчас сразу поняла, что это был именно выстрел.
И на какое-то время наступила тишина.
А потом в этой тишине снова зазвучал голос – голос того самого вальяжного господина:
– Эй, ты что, прикидываешься? Нет, кажется, не дышит… и пульса нет… Вот черт! Как неудачно… впрочем, он сам виноват… нечего было сопротивляться…
Я с ужасом осознала, что незваный гость убил Бобикова, застрелил его.
Может быть, это вышло случайно, в пылу борьбы, но это не отменяет ужаса происшедшего…
И снова зазвучал его голос:
– Но где же та книга? Кажется, он подходил к этому шкафу…
Голос замолк, на смену ему пришли другие звуки – что-то падало, хлопали дверцы шкафов…
Потом снова послышался тот же голос:
– Черт, черт… где же эта книга? Ну до чего же неудачно… как не вовремя он умер… самое главное, что он не успел отдать мне книгу… а может быть…
Вдруг он замолчал – а в следующее мгновение я услышала тихие, крадущиеся шаги.
Кажется, он понял, что в квартире есть кто-то еще, кроме него и мертвеца…
Я замерла в ванне, представляя себя губкой, или вон той бритвой, или головкой душа, в общем, неодушевленным предметом.
Шаги приблизились к двери ванной.
Я застыла в ужасе, казалось, даже перестала дышать… сердце билось в каком-то неподобающем месте…
Что делать?
Бежать некуда…"
"Тут я увидела на полочке возле ванны несколько флаконов с шампунями и мылом.
Взяла в руки самый большой флакон – хоть какое-то средство защиты.
Дверь ванной комнаты открылась.
Я ждала, что сейчас рука убийцы отдернет пластиковую занавеску, и он увидит меня…
Но вместо этого я услышала звук льющейся воды.
Любопытство оказалось сильнее страха – и я осторожно выглянула в крошечную щелку между занавеской и стеной.
Тот самый вальяжный мужчина стоял перед раковиной. Его золоченые очки лежали на краю раковины, а он придирчиво осматривал свое лицо.
И не зря – на лбу и на щеках у него были крупные капли крови.
Он тщательно смыл кровь, тщательно вытер лицо полотенцем и вышел из ванной. К счастью, ему не пришло в голову отдернуть занавеску…
Я облегченно перевела дыхание.
Шаги и звуки обыска снова переместились в гостиную.
Я подумала, что можно воспользоваться этим и выскользнуть из квартиры, но решила все же хоть как-то вооружиться.
