Русь и Орда. Книга 2

Утром, проснувшись рано в подойдя к открытому окну, Карач-мурза остановился как вкопанный: в саду, на низкой каменной стене сидел тощий кот, весь поглощенный созерцанием стайки воробьев, опустившихся на соседнее дерево, сзади, с саблей в руке, бесшумно подходил к нему Рустем. Еще миг, – сверкнуло серебряное пламя клинка, и голова кота завертевшись в воздухе, упала па землю.

– Зачем ты убил кота? – строго крикнул Карач-мурза, несмотря на овладевшее им возмущение, подсознательно отмечая про себя мастерство удара.

– Учиться надо так, как ты учился вчера. Ты учишься быть воином, а не мясником!

– Вот на войне и будешь пробовать! Там каждый, рубит чужие головы, может потерять свою, и каждый имеет возможность защищаться. А ты убил беззащитное животное.

– Это чужой кот, – пробормотал смущенный Рустем.

– Все равно. Он тебе ничего плохого не сделал, и Аллах дал ему жизнь не для того, чтобы ты ее отнял.

«А разве тем людям, которых я буду убивать на войне, жизнь дал не Аллах?» – хотел возразить Рустем.

– Ну, а ты? – спросил Карач-мурза у Юсуфа, который, стоя сбоку, молча наблюдал за происходившим, – Тебе не жалко кота?

– Нет, – подумав, ответил мальчик, – Кот убивает птичек, а Рустом убил кота. Так ему и надо!

– Гм… Это не одно и то же: кот убивает птичек, чтобы их съесть, потому что Аллах определил ему питаться птичками и мышами. А Рустем убил кота зря.

– Птичек жалко. Они хорошо поют и никого не убивают.

– Значит, ты понимаешь, что нехорошо убивать без необходимости?

Но необщительный Юсуф, – то ли был иного мнения, то ли полагал, что он и так уж чересчур разоткровенничался, замолчал и в ответ на все попытки отца продолжить с ним разговор только посапывал носом и смущенно переминался с ноги на ногу.

В лето 6861(1373 г.) бысть в Орде великая замятня и мнози князя ордынскиа межу собою избиени быша, а татар без числа паде, тако убо гнев Божии приде на них по беззаконию их.

В середине лета к Карач-мурзе прибыл гонец из Сарая-Берке и привез чрезвычайные известия: месяц тому назад город врасплох захватил Айбек-хан и устроил там страшную резню. По его приказанию Тулюбек-ханум, перед тем пробывшая три дня его наложницей, была завязана в мешок с живыми кошками и брошена в Волгу, а Улу-Керим на крюке, поддетом ему под ребра, повешен на степс Алтын-Таша.