После чего над ладьей соорудили из досок навес, напоминающий тент на драккаре, обложили дровами и соломой и полили хлопковым маслом, выжатым из семян, которое довольно приятное на вкус, особенно в плове, и калорийное. Племянник конунга, раздевшись донага и, пятясь задом, чтобы умершие не опознали его по одежде и не увидели лицо и не отомстили, добрался до соломы и, не оборачиваясь, ткнул в нее факел, после чего вернулся к остальным и оделся. Викинги дождались, когда костер догорит. Рабам приказали сгрести в яму всё, что оказалось за ее пределами, и засыпать землей так, чтобы образовался курган.
Затем пошли поминать, хотя вина в Гязе нашли мало, лишь небольшие запасы в домах христиан и зороастрийцев, которых здесь было по несколько семей.
Я посидел немного с пирующими, соблюдая правила скандинавского этикета, и отправился к Кубре, которая ждала с нетерпением, чтобы ее изнасиловали много-много раз и еще парочку. Во дворе столкнулся с ее отцом, который старался не смотреть мне в глаза, что для жителей Ближнего Востока и Средней Азии верный признак того, что против тебя замышляют недоброе.
- Это правда, что выпустят, если заплатить? Не обманут? – спросил он.
- Викинги никогда не обманывают, - ответил я и поинтересовался: - Всех детей и жен хочешь выкупить?
- И Кубру тоже, если позволишь, - молвил он, глядя в светло-коричневую, утрамбованную землю двора.
- Позволяю, - сказал я. – Во время перехода она станет общей собственностью, а мне такие девушки не нужны.
Не то, чтобы я был очень брезгливым, могу и в общественной столовой поесть, но предпочитаю питаться дома из посуды, не заплеванной другими.
- Подожди немного, приготовь деньги, собери продукты на дорогу, а потом провожу вас до ворот, - предложил я и зашел в дом,
Кубра сидела на помосте. Она слышала наш разговор, поэтому одна половина ее лица лучилась от счастья, а другая кривилась от горя. Зато отдавалась самозабвенно, понимая, что это последний раз со мной. Я дал ей время на пореветь, после чего разрешил присоединиться к родителям.
У ворот, ведущих на восток, к Джурджану, стоял наряд из пяти викингов. Им очень хотелось присоединиться к пирующим, поэтому я подменил одного и произвел пропуск первой группы выкупившихся. Специально стал так, чтобы заинтересованным лицам, а неподалеку от ворот тусовалось с десяток пленников, было видно, как беру и пересчитываю пять золотых динаров. Бараз выкупил всю свою семью и одну из рабынь, как ни странно, не ту, что моложе и симпатичнее.
