К моменту отплытия в нашем распоряжении было около двухсот судов разного водоизмещения. Все были загружены до упора, но большую часть добычи, дешевое или объемное, пришлось оставить. Столбы дыма от не поместившихся и потому подожженных трофеев сообщили константинопольцам об окончании их бед. Сейчас самые шустрые горожане прибегут в оставленный нами лагерь, вытащат из костров, что сумеют, и немного разбогатеют. Передел собственности – основа цивилизованного общества."
"Вместе со мной в плавание отправились Зоя и повар-евнух по имени Ипатий.
Я решил сделать свою жизнь в Самватасе более интересной. Еще я договорился, что при разделе добычи получу значительную часть рабов обоего пола. Хелги Стрела щедро раздавал свободные земли своим воинам, которые возводили на наделе привычный им хутор и часто сами обрабатывали поля. Меня такой вариант не устраивал. Я хотел основать несколько деревень, заселив их пленниками из Константинополя, для которых барщина будет за счастье в сравнение с рабством. В ближней к Самватасу построю господскую усадьбу, где буду обитать летом в свободное от рейдов время.
Первые дни флотилия шла медленно, потому что многие гребцы впервые сидели на веслах, часто сбиваюсь с ритма. Постепенно научились, и скорость подросла. Ночевали на берегу, покупая еду у аборигенов, которые сперва разбегались, завидев нас, а потом возвращались, чтобы получить и свою толику от добычи. Новость о том, что разграбили именно Константинополь, а не его окрестности, обгоняла нас. Как ни странно, даже граждане империи радовались этому, приветствовали нас, как победителей их врага.
Столичные жители, особенно чиновники, во все времена и во всех странах не пользуются любовью провинциалов. Что не мешает последним стремиться в столицу.
Дубок и большие галеры мы оставили на острове Хортица, а средние и малые перетащили по суше выше порогов с помощью волов, которых подогнали кутригуры патши Ерми и двух других родов, кочевавших по соседству и приглашенных им. На арбах и вьючных лошадях перевезли добычу, показавшуюся кочевникам несметной.
Часть этого богатства обломилась кутригурам за работу.
- Когда до нас дошла весть, что вы разграбили Миклагард, мы сперва не поверили. Говорят, он во много раз больше и крепче Хамлыха, - поведал мне патша Ерми, который в молодости бывал в столице хазар.
- Да, намного больше, - подтвердил я. – Это как все юрты твоего рода против одной.
– Теперь по добыче я вижу, что это правда, - продолжил он.
