Что сразу и продемонстрировали, задействовав для этого крестьян и рыбаков, захваченных по пути к Руану. Часть пленников перебили лучники с городских стен. Трупы были использованы викингами для заполнения рва.
Вот такая вот сейчас интересная жизнь у людей. Утром ты, обычный руанский рыбак, отправляешься на лодке на лов, а во второй половине дня уже лежишь мордой в жиже на дне рва, продырявленный стрелой, выпущенной твоим соседом, с которым распил не один кувшин вина. В своей первой эпохе я долго не мог привыкнуть к главенству грубой физической силы, к тому, что кто сильнее, тот и закон.
Всю мою первую жизнь меня приучали к главенству закона. Потершись по эпохам, пришел к выводу, что в своем прошлом-будущем я сильно заблуждался. Закон во все времена – гибкая и безнравственная служанка. Разве что со временем грубую силу сменит подлость, изощренная или не очень. Точнее, они будут меняться местами: грубая сила время от времени будет выскальзывать из липких рук подлости и подминать ее. Трудно сказать, что из них лучше или хуже.
Сила честнее, но грубее, подлость беспринципна, но мягче.
Руанцы поняли, что сегодня штурма не будет, и расслабились. Часть их покинула крепостные стены и башни, ушла заниматься ежедневными делами. Наверняка их гонец уже добрался до Парижа и сообщил о нападении графу. Понятия не имею, кто сейчас правит этой территорией, но кто-то должен. Доходное место пустым не бывает. Наверняка горожане ждут возвращения гонца и прибытия подкрепления, а потом и самого графа с большим войском, который прогонит проклятых викингов.
Непонятно, правда, почему он не сделал это в предыдущие два налета.
Эти мысли навели меня на другие. Если руанцы не ждут сегодня нападения со стороны суши, то со стороны реки уж точно не должно быть усиленных дозоров. Они еще не вошли в боевой ритм, поэтому расслабленные, ожидающие, что случится невероятное – и беда минует их. Только завтра, после первого штурма, поймут, что все очень серьезно, хотя, уверен, и дальше будут надеяться на чудесное избавление.
- Есть у меня идея, как захватить город по-быстрому и с малыми потерями, - сказал я Хасколду Леворульному.
Сэконунг сперва хмыкнул недоверчиво, потом вспомнил, что я тот еще фрукт с кучей оболочек и тайников, и предложил:
- Пойдем к Священнику."
"Великий конунг, потерявший и у данов, и у франков обязательную к такому титулу земельную собственность, сидел на расстеленных на земле шкурах и пил вино в компании своих соратников-ярлов, которые были старше него.
