Когда четыре года назад Катя поняла, что беременна, она крепко задумалась. Оказалось, после того аборта, который заставил ее сделать Пашкин, у Кати в мозгу крепко засел страх остаться бесплодной. Она осознала это только тогда, когда тест на беременность подтвердил ее предположения. Советоваться с домашними не хотелось. Она прекрасно знала, что ей посоветуют. Отец пил. Даша только-только вошла в бурный период развода с Кирилловым, и ее лицо не просыхало от слез. Мать лежала в стационаре с бешеным давлением.
Подумав, Катя собрала кое-какие вещички и уехала к бабушке в Семеновку. Баба Аня была хороша тем, что никогда никого не пыталась учить жизни. Бабку Катино признание даже не удивило. Только обрадовало. Она была рада, во-первых, тому, что на старости лет так понадобилась своей внучке, что ей одной доверили важный секрет, во-вторых, ее вдохновляло то, что теперь долго, а может, и совсем, Катюшка останется около нее и ей, бабе Ане, давненько живущей в одиночестве, будет кому отдать свои последние дни.
"
"Катя съездила домой и объявила домашним, что баба Аня совсем плоха и требует постоянного ухода. А поскольку ухаживать за бабкой было некому, все сошлись на том, что пожить у бабушки должна она, Катя. Комнату в общаге она успела приватизировать, поэтому могла не бояться потерять ее в случае потери работы. О том, что будет, когда вернется Пашкин, она старалась не думать — до этого момента было далеко.
А потом, когда все случилось, она еще некоторое время оставалась у бабушки, не представляя, как она вернется и станет жить по-старому, будто ничего не произошло. Но тем не менее она должна была возвращаться к прежней жизни, где никто не знал, что с ней случилось за год. Постепенно Катя втянулась в прежний ритм, в суету студенческого общежития. Даже поступила на компьютерные курсы, чтобы заполнить до предела пустые дни.
Сегодня, который раз за последние полгода проезжая мимо Семеновки, Катя вспомнила и словно пережила заново все это. Однако последнее время ее занимало и другое. Обещанный американец не ехал. Катя начала сомневаться в реальности свалившегося на нее наследства. Было ли это фактом или чьей-то злой шуткой? Чтобы так пошутить, нужно иметь в лице Кати Щебетиной уж больно ненавистного врага. Катя ничьим врагом себя не ощущала.
