Что же, весь этот спектакль был организован Димочкой для безродного Билла? Когда она догадалась, то даже фыркнула, как потревоженная кошка. Подумать только! Сколько изобретательности, трата своего личного времени! Да он всех врачей оторвал от дел. больных согнал, нянечек, и все для чего? Чтобы расшевелить серое вещество в голове этого бабахнутого иностранца! Да он просто одержимый! Нет, лично она этого не понимает. Это просто неприлично! Да он просто-напросто подсиживает ее! Возможно, незаметно для самого себя, но подсиживает!
Татьяна Юрьевна побагровела.
Она почувствовала, что давление поднялось. Теперь она следила одновременно за двумя: за врачом и горе-больным. Американец с напряженным вниманием смотрел на импровизированную сцену. Теперь с речью выступал моложавый мужчина. Лицо его излучало доброжелательность и ум. Слушал! американцев хорошо, и Татьяна Юрьевна предвидела, что публика собирается задавать вопросы. Это желание публики он посчитала своим долгом своевременно свернуть. Конечно же, ей самой придется этим заняться, главный не догадается.
"
"Иначе эта аудитория начнет задавать такие вопросы… Они способны спросить, как Америку угораздило сесть в лужу на последних выборах и с какой такой целью они распространили в России свой вонючий доллар. Эту шушеру Татьяна Юрьевна знала слишком хорошо.
Недавно в Доме культуры проходила встреча с депутатом Госдумы, так ему задали вопрос, почему на улице Зеленой не горят фонари.
После этого невинного вопроса его призвали к ответу за плохую газификацию поселка и перебои с водой.
Кандидат стал что-то кудахтать и в конце концов уплыл со сцены под гневные выкрики старух.
Встрече больных города с американскими миссионерами ничего не стоило перерасти в маленький международный скандальчик. Потом главный ее же и обвинит. Татьяна Юрьевна заерзала на своем стуле и просверлила взглядом затылок Димы Беспалова. Тот глаз не спускал со своего подопечного. Билл вел себя довольно странно, почти не мигая, смотрел на миссионеров, то опускал голову вниз, обхватывал ее большими ладонями и некоторое время сидел неподвижно, то вдруг беспокойно оглядывался по сторонам.
«А если он все-таки психический?» — подумала Татьяна Юрьевна, осторожно оглядываясь на главного.
Слава Богу, подошло время уколов. Теперь она с полным правом может разогнать всех по палатам, а американцев пригласить на чашку чаю к главному в кабинет.
Она поднялась, обошла ряды стульев сзади и стала проталкиваться меж больных и санитарок вперед, к «сцене».
