Русский адат

Тогда еще подумал, что ради моей особы такую карту в ГРУ не выдадут…

– Выкладывай дальше… Что еще сообразил?

– Возраст дороги… Дорога старая, советских времен. Но не укатанная… Обычно такие бетонные плиты, если дорога всерьез эксплуатируется, оседают в насыпь ровно. Транспорт придавливает и сам выравнивает. Здесь осели вкривь и вкось, в зависимости от плотности насыпи. Где песок, где глина, сверху щебень разной градации – под весом уседают по-разному. Значит, по этой дороге почти не ездили.

Принадлежность дороги, которой нет на гражданских картах? Однозначно – ведет к военному объекту, перед въездом всегда ставится или просто знак «кирпич», или даже шлагбаум с дежурными. Если бы это была крупная воинская часть, об этом бы знали местные жители и что-то сказали бы мне. Кроме того, крупная воинская часть обеспечила бы дороге эксплуатацию. Мелкой воинской части такую дорогу иметь ни к чему. Что резонно предположить? Самое естественное и правдоподобное – дорога к пусковым установкам ракетных войск стратегического назначения. Строили что-то… Потом смена политической ориентации по половому признаку… Правители все сдали, что могли… Дорогу достроили к моменту, когда стали вывозить ракеты на уничтожение…

– Все правильно просчитал… Кроме маленьких нюансов… Но это не так важно… Наш ведомственный интерес в чем видишь?

– В пресечении чужого интереса… Думаю, часть пусковых установок осталась… И кого-то они волнуют…

– И это вычислил… Поздравляю… Могу объяснить подробно.

Тропинка пошла вниз круто, и Алексею спускаться стало совсем тяжело.

– За стволы придерживайся. Я не учел твоих ограничений… Давай помогу… Руку давай…

– Я сам…

Спуск занял больше времени, чем прохождение всей остальной тропы. Речка понизу с обеих берегов заросла густыми кустами, только в одном месте кусты расступались, обнажая небольшой полукруглый участок песчаного пляжа.

Арефьев быстро разделся и с короткого разбега плашмя упал в ледяную воду. Что вода ледяная, Алексей уже определил, попробовав ее, – спуск заставил попотеть, и пришлось даже умыться.

Речка была мелкой. В самом глубоком месте вода доставала Виктору до груди. Но плескался он с удовольствием, отфыркиваясь и рассыпая вокруг себя брызги.