Онлайн-библиотека книг
– Вон в ту сторону, – махнул он рукой, – за последним домом налево по тропинке наискосок через луг, и на нижней улице как раз мой дом… Тоже последний… Лес в огород лезет… Увидишь… Дочке, хочешь, молоко могу козье поставлять… Коза, конечно, не корова, но литровую банку всегда выделить могу… Я коз держу…
– Договорились…
– А эти к тебе еще не подъезжали?…
– Кто?
– Ну… Чечены… Или ингуши… Кто их там разберет… Ингуши, кажется…
– А почему они должны ко мне подъехать?
– Они этот дом купить хотели… Так я слышал… Тоша им не продал… Сто тысяч ему предложили, и все… Не сговорились…
– И хорошо, что не сговорились… Зато мы сговорились… А откуда здесь ингуши?
– Здесь всяких кавказцев полно… Понаехало… Все лесом промышляют… Подчистую вырубают… Машину за машиной гонят… Ладно.
* * *– Ой, какая же ты колючая… – Анастасия за забором пыталась нарвать ягод в разросшихся кустах малины. – Ну нельзя же так, в самом-то деле… У меня же руки не железные…
– Много набрала? – спросил Алексей, пытаясь через забор заглянуть в эмалированную миску, что держала дочь в руках.
– Много… Сладкая…
Миска, однако, была пуста. Дочь ягоды сразу в рот отправляла.
– Маму угостить не забудь… – посоветовал отец.
– Я ей наберу… – пообещала Анастасия. – Пап, а у нас ведь правда лучше машина?…
Алексей посмотрел в сторону. В деревню въезжал черный и блестящий внедорожник «Порше Кайена». Такие и в Москве не на каждом шагу встретишь, и уж никак не ожидал Алексей увидеть «Кайену» в такой глухой деревне.
– А чем же наша лучше?
– Наша красная, а эта черная…
– Есть в твоих размышлениях логика… – улыбаясь, согласился отец. – Красная малина – сладкая… Значит, и машина красная должна больше удовольствия доставлять… Ладно, не забудь маму угостить…
Он пошел, опираясь на тросточку, в дом, чтобы посидеть и отдохнуть. Много сегодня на ногах проводит. Ноет нога, ноет…
Людмила с уборкой уже заканчивала.
– Осталось только мебель купить, и можно будет жить… – сказал Алексей, усаживаясь на старый диван со скрипучими, рвущимися наружу пружинами. Диван и стол – это вся мебель, что сохранилась в доме. Не забрали, видимо, потому, что никому такое богатство не было нужно.
– Картину хочу… – сказала Людмила.
