Русское сокровище Наполеона

Но теперь богатство уже не казалось ему таким желанным. Больше всего он в эту минуту хотел спастись сам и спасти этого парня, беспомощного и, кажется, больного. Он, не задумываясь, предпочел бы выход из подземелья любому кладу. Да и бог с ним, с богатством. Не в опасности даже дело. Что-то такое он понял сегодня… Эта новая мысль еще не улеглась, она требовала обдумывания. Но она его уже не оставит, это он знал.

Пока радовало одно: если есть склеп, значит, и выход из него должен быть где-то поблизости. Но куда они пришли? Местность вокруг церкви Архангела Михаила Якуб хорошо помнил.

Никаких склепов или развалин он там не видел.

Якуб снова достал телефон. Он пока не разрядился. Шел уже одиннадцатый час. Поздний вечер, они прошагали по подземелью весь день! Связи по-прежнему не было, но Якуб уже и не надеялся, что телефон с кем-то соединит. Лишь бы фонарик работал, и еще чтобы время показывал. В темноте не знать времени совсем плохо.

Ладно, действовать, искать выход они начнут после отдыха. Сейчас нужно хоть немного поспать.

Андрей сидел молча, прислонившись к стене. Дышал тяжело, с хрипом. Кажется, близость захоронений действовала на него не лучшим образом. Лучше расположиться на ночь в коридоре. Парень сильно простыл, еще бы, несколько часов в сыром колодце. Да и здесь не жарко. А лечить нечем. Лишь бы не началось воспаление легких — только об этом думал сейчас Якуб.

Разостлали куртку и пустой рюкзак, все же лучше, чем прямо на камнях. Кроссовки поставили рядом, пусть досыхают.

Чаю, уже холодного, выпили по чуть-чуть: воду приходилось беречь. На завтра еще осталось, но мало, на донышке термоса. Сыр с бутербродов съели, до утра может испортиться. Хлеб оставили на завтра. Слава богу, хоть крыс не видно.

Андрей не мог заснуть. Его познабливало, болело горло, было тяжело дышать. И просто слишком многое ему пришлось пережить за последние сутки.

— Якуб, — сказал он нарочно тихо. Если спит, то и пусть спит. — Я же в колодец сам прыгнул. Прошлой ночью. Часа четыре, значит, там лежал один — а казалось, что очень долго.

Якуб отозвался сразу:

— Я уже понял. Потому что Сашку убили. — И после небольшой паузы продолжил: — А от меня жена ушла. Мы тридцать лет прожили, я был уверен, что между нами полное взаимопонимание. Мы же правда понимали друг друга почти без слов. Моя фирма обанкротилась, теперь уже до конца жизни нам так жить, бедно. Вот она и не выдержала. Ушла к обеспеченному мужчине, с домом, с хорошим положением.