Русское сокровище Наполеона

Что, если его не найдут? В подъезде было тихо и даже довольно чисто. Маша покосилась на дверь Солнцевых — закрыта плотно. Как там Андрей один? Они же с Сашкой неразлейвода были.

Буонапарте, конечно, соскучился и проголодался. Только Маша начала ему накладывать еду в плошку, как из комнаты послышался звонок.

— Возьми трубку, — кивнул Юра, — я сам его покормлю.

Звонила Ира, соседка сверху.

— Машуня, ты где целый день ходишь, да еще больная? Тебе же лежать надо! Демочкин приходил часа в три. Андрея Солнцева искал, и к тебе в дверь звонили.

— Солнцева искал? — Маша удивилась. — А что с ним случилось?

— Да ничего не случилось, просто он не пришел в полицию, а должен был сегодня с утра. Вот и возникло подозрение, что скрылся. Потому как дома его тоже нет. И главное, из второго подъезда кто-то видел, как он ночью выходил, причем трезвый, представляешь? Пошел куда-то быстрым шагом, деловой такой.

— Ты что, всерьез думаешь, что это Андрей Сашку?.. Не может быть! Я не верю.

— Ничего я не думаю, — вздохнула Ирина. — Я-то не думаю, а вот Демочкин думает… Сказал, что зря они его вчера не задержали. И насчет тебя спрашивал.

Да, разговор настроения никак не улучшил. Какой сегодня тяжелый день! У Маши снова разболелась голова.

— Это не Алеша звонил? Ничего там насчет Якуба не слышно? — Юрка вошел в комнату.

— Нет, это Ирина.

У нее зародилась страшная мысль. Что, если в пропаже Якуба подозревают ее? Это ведь именно вокруг нее в последнее время творятся такие непонятные дела. Тут комната совсем поплыла. Маша покачнулась, чуть не потеряла сознание.

Пришла в себя быстро. Юрка стоял рядом, капал лекарство из пузырька.

— Маша, я вызову «Скорую», а?

— Не надо, прошло уже. — Маша выпила из рюмочки разведенные водой капли.

Она поднялась с дивана, села в кресло. Голова была тяжелая и мутная, как котел с прокисшей баландой. Юрка пошел на кухню, принес в стакане воды, поставил перед ней. Она хотела взять воду, но в голове снова поплыло, и стакан грохнулся на пол.

«Скорая» приехала быстро. После укола Маше стало лучше, она молча сидела в кресле. Юрка собирал веником осколки стакана.

— Выпьешь, может, чаю с медом?

— Нет.