Ружемант 5 (СИ)

— Чего этим добьется Вербицкий? Император сбежит из столицы, это верно. Но сколько там было машин? Сотня?

Я не считал, но если брать во внимание нерасколдованные, уменьшенные копии, то около двух сотен…

— Этого хватит на два-три дня сопротивления. Армия вряд ли присягнет Вербицкому на верность, да еще при живом Императоре. По крайней мере, в наших спецслужбах не зря едят свой хлеб. Все верные Императору полки находятся рядом с столицей, смогут дать достойный ответ.

Кивнул, соглашаясь с ней: хотелось верить, что она права.

Кэлисса вернулась с двумя стаканчиками кофе, один сразу же перекочевал в мои руки. Глотку обожгло приятным, ароматным варевом.

Инна грелась в машине: под утро поднялся ветер, а она умудрилась где-то разорвать куртку.

— Что? — Кэл не поняла вопроса.

— Почему именно зверолюды?

— Потому что выработал особую систему дрессировки. И чип — сам видел, что они тогда сделали с Инной.

Чуть не сжал стаканчик от навалившейся на меня злости — такого не забыть. Да и та послушная горничная, которой он хвастался…

— Их можно привести в сознание? Вернуть к прежней жизни?

Бейка пожала плечами — она попросту не знала.

— Садись, езжай домой, — выдохнув, велела мне она. — Ты в курсе, что у тебя вскоре церемония награждения? Неплохо было бы, чтобы ты был к ней готов. И да, к слову, завтра нам надо будет заглянуть к Кьярре. Надеюсь, не забыл, как выглядит принцесса Царената?

Не забыл.

Сколько я не видел Кьярру? Несколько дней, недель? Меньше всего задавался этим вопросом.

Чувствовал себя паршиво — девчонку всю жизнь таскали от одного именитого дома к другому. Использовали, словно куклу, в политических играх.

Казалось, что сам превращаюсь в тех же паршивцев, которых осуждал.

— Волнуешься? — Трепет не ушел от глаз Бейки. Не знал, что ей ответить, просто покачал головой.

Все сомнения разом рассеялись, стоило мне услышать детское и непринужденное приветствие.

— Максим! — Она не забыла ни меня, ни тех суматошных дней под нашим крылом.

Девчонка бросилась в мои объятия, словно родная дочь. Доверительно взяла за руку.

— Ты пришел меня проведать?

Неоднозначно кивнул, не зная, что еще говорить.

Над ней хорошо поработали. Не знаю кто, но свой хлеб ели не зря — стараниями психологов она все больше походила на обычного, жизнерадостного ребенка.

— Комната.