В отличие от Грингры, Ната не желала вдаваться в подробности моего невежества."
"— После победы Российской Империи в первой мировой войне европейская часть стран ослабла. Германия, обложенная непомерными контрибуциями, так и не смогла восстановиться. Голод, испанка, миллионы беженцев, живущих хуже собак — полный комплект. В самой Империи назрел бунт, желавший покончить с засильем и правомощью аристократии, но об этом в другой раз. В конце концов относительно слабая Италия сумела поглотить Германию мирным путем.
Я смотрел на нее как на учебник. Ожидать от нее краткости Сейрас было ошибкой.
— Почему Италия?
— Потому что они сохранили сокровища Рима. Или, точнее, смогли их отыскать после сотен лет безуспешных поисков. Что знаешь про Римскую Империю?
— Легионеры умели строить дороги? — ляпнул первое, что пришло на ум. Мой статус идиота в глазах Наты вырос сразу же на два пункта.
— Смотри, — встала, отложила книгу. Тонкий, изящный пальчик очертил небольшой прямоугольник прямо в воздухе.
Тот повис ало-красными очертаниями. Обеими руками Ната раздвинула и разровняла его, как рамку.
Четкие изображения оружия родом из древности проявились, словно на мониторе. Потянул руку, чтобы их коснуться, тут же получил от Наты.
— Это Лонгин. Сакральное копье. Дарует едва ли не божественную мощь всякому, кто умудрится прокачать себя до пятитысячного уровня.
— И много в мире таких… гигантов?
— Ни одного, — пожав плечами, отозвалась Ната. Поспешила ответить на мое удивление.
— Так как ты ружемант, то уже должен знать про «подвиги» своих предков.
— Мне рассказывали.
— Ружемант, имя которого так никто и не знает до сих пор, обладая скромной мощью, сумел подчинить его себе. Найти, подчинить и использовать. Как и туринскую плащаницу, и кольцо Вителлия. Взял себе имя Цезаря. Цаесаря. Царе…
— Кажется, я понял, как Царенат получил свое название, — мрачно отозвался.
Девушка кивнула.
— Верно. Ружемант сумел взломать требования легендарного оружия. Это стало еще одной причиной ружемантской бойни, развернувшейся после Оружейной чумы.
Ей не хватало указки: прирожденная учительница. Одно изображение сменяло другое: художники спешили запечатлеть в масле и восхождение нового Цезаря, и мутирующее оружие. Ружеманты изображались сплошь немытыми злокозненными стариками.
— И после этого он запрыгнул на коня, принялся раздавать всем налево и направо?
— Интересная интерпретация, но нет. Предпочел грубой силе интриги.
