Сейчас она служит в другом музее. По статусу оба заведения одинаковы – образно говоря, Файфман променяла шило на мыло. Зачем срываться с насиженного места на такое же?
– Между Руфиной и соавторами пробежала черная кошка, – предположила я.
Коробок прикрыл глаза:
– Сам собой напрашивающийся вывод. До сих пор мы получали сведения о Любе и Бутрове от них самих или рылись в документах.
– Надо поговорить с Файфман, – оживилась я, – бывшая коллега – кладезь информации. Я не верю в самоубийство Любы, мне не нравится история с дедом Назаром, не говоря уже о шокирующей информации про изнасилование несчастной Галины.
Что-то тут все очень плохо. Надо доложить Приходько, пусть разрешит мне покопаться в навозной куче.
Димон зевнул:
– Шеф уже отдал приказ, причем использовал те же слова, что и ты, заявил: «Дима, поройтесь с Танечкой в мусоре, не нравится мне ситуэйшен, внутренний голос нашептывает: «Федор, тут нечисто».
Я встала, пошла к двери и обернулась:
– Помнишь, как Приходько, только появившись у нас в образе практиканта, постоянно твердил: «Спиной чую, она у меня неприятности улавливает»?[21] Слава богу, он забыл свою присказку, зато теперь обзавелся внутренним голосом.
Коробок кашлянул:
– Тань, почему он тебе не нравится?
– Потому, – топнула я ногой, – что у меня тоже имеется внутренний голос, совсем не тихий, а очень даже громкий, и он кричит: «Приходько противный».
– Он профессионал и пытается с нами подружиться, – неожиданно встал на защиту нового начальника Димон. – Чеслав не вернется.
Попробуй отнестись к Федору объективно. Хоть раз назови его по имени. А то он с тобой очень мил, даже за глаза называет тебя Танечкой, а ты его иначе как Приходько не величаешь. Невежливо получается.
– Воспользуюсь твоим советом, – прошипела я. – С завтрашнего дня примусь именовать выскочку «господин шеф».
Димон улыбнулся:"
"– Еще парочка таких заявлений, и я подумаю, что ты в него влюбилась!
Мои ноги приросли к полу.
– Я? Влюбилась? В Приходько?
– Иногда человек гонит от себя неожиданно возникшее чувство, – тоном профессионального психотерапевта замурлыкал хакер.
– Человек стесняется эмоций, маскирует их под агрессию. Хочешь поговорить об этом?
– Лучше пойду спать, – процедила я. – Спасибки, теперь я отлично поняла: обожаю Приходько, он мой супермен, человек-паук и… этот… ну… как его…
– Спонж Боб, – подсказал хакер, – Губка Боб по-нашенски. Смотрела мультик?
– Нет, но всенепременно ознакомлюсь, – ответила я, уходя.
