Сказал, что близится буря, которой Вестерос не видел целое поколение и ему понадобятся мечи – преданные воины, умеющие повиноваться.
Дунк ушам своим не поверил. Лорд Гармон как на дороге, так и на башне не скрывал своего презрения к межевым рыцарям – и вдруг такое щедрое предложение.
– Пек, конечно, знатный вельможа… но я бы не стал ему доверять.
– Вы правы, – покраснел Глендон. – Он сказал, что примет меня на службу, лишь когда я докажу свою преданность. Он, мол, устроит так, чтобы я оказался в паре с его приятелем Скрипачом, а я должен поклясться, что проиграю.
Дунка это почему-то не удивило.
– А вы что ответили?
– Что не смогу проиграть Скрипачу, даже если буду стараться. Что побеждал сегодня бойцов, которые несравненно лучше его, и что драконье яйцо будет моим еще до исхода дня. Тогда лорд обозвал меня дураком и посоветовал быть начеку. У Скрипача друзей много, сказал он, а у меня ни одного нет.
Дунк положил руку ему на плечо.
– Один точно есть, сир, а найду Эга, так будет двое.
Юноша кивнул, глядя ему в глаза.
– Отрадно знать, что истинные рыцари еще не перевелись на свете.
Разыскивая Эга в толпе зрителей на турнире, Дунк впервые рассмотрел вблизи сира Томмарда Хедля. Зять лорда Батервелла, крепко сбитый, с выпуклой грудью, выехал на бой в вареной коже под черным панцирем, покрытый шлемом в виде демона с оскаленной пастью. Его чудовищный конь, одетый в кольчугу, был на три ладони выше Грома, на два стоуна тяжелее и двигаться мог только рысью, что не помешало Хедлю быстро расправиться с сиром Кларенсом Карлтоном.
Когда того унесли на носилках, Хедль снял шлем, обнажив лысину, черную бородищу лопатой и множество красных чирьев на лице и шее. Дунк узнал его: именно этот рыцарь обругал его в спальне за драконье яйцо, и он же говорил с лордом Пеком.
«…нищенский пир, право слово… мальчишка в самом деле сын своего отца… Жгучий Клинок… нам воин нужен… Старый Молочник думал… Красный Ворон тоже видит вещие сны… мальчишка в самом деле сын своего отца?»
Дунк обвел взглядом сиденья – вдруг Эг занял свое законное место среди вельмож? Нет, и там его не было.
Батервелл с Фреем тоже отсутствовали, хотя скучающая леди Батервелл восседала где полагается. Весьма странно… куда подевались хозяин замка, в честь свадьбы коего и устроен турнир, и Фрей – отец новобрачной?
– Сир Утор Андерлиф! – объявил герольд. Солнце скрылось за тучей, и на Дунка упала тень.
