— У вас есть Магическая Академия? — я едва не подпрыгивала от восторга, услышав эту новость, а Кианг вымученно застонал, очевидно, сообразив, что сейчас на него посыплется новый поток вопросов. — А как ты там учился, если не владеешь магией? А сложно туда было поступить? А какие предметы там преподают?
Возведя глаза к небу, Кианг прибавил шагу. Мы шли по широкому тракту с многочисленными следами от колёс телег, вокруг простирались бескрайние поля и луга, светило солнышко и дул приятный прохладный ветерок.
Я не стала догонять своего провожатого, напротив, из вредности замедлила шаг, принявшись любоваться пейзажами. Сорвала золотистый колосок, внимательно рассмотрела его со всех сторон, убедилась, что эта хорошо знакомая мне рожь. Бао потянул вверх ручки, требуя добычу себе, и я, коротко рассмеявшись, вручила ему находку. Грибочек внимательно рассмотрел подношение, счастливо улыбнулся и, точно маленький ребёнок, сразу же засунул колосок себе в рот.
От Балара я узнала, что мой новый подопечный так называемый атхит — разновидность лесного духа.
По местной мифологии в атхитов превращаются души людей или животных, умерших в лесу. От того, кем изначально был атхит, зависят его способности и поведение. Разбойник продолжит злодействовать и будет нападать на прохожих. Волшебник сохранит магию и станет добрым духом-помощником. А верный пёс выберет нового хозяина и будет ему служить.
Бао Балар подобрал десять лет назад во время сбора трав.
Маг не знал, кем в прошлом был этот малыш, но вёл тот себя беззлобно, как маленький ребёнок, так что волшебник забрал его с собой в качестве компаньона. Разговаривать грибочек за это время так и не научился. Зато показал способности в стихийной магии, а также недюжинную смекалку. Именно поэтому, когда появилась необходимость отправиться в другой мир и найти замену принцессе, Балар послал именно Бао.
А теперь забота об этом крохе легла на мои плечи. Поскольку Бао, по сути, был духом, в физической пище он не нуждался, но то ли по старой памяти, то ли просто из прихоти продолжал регулярно поглощать еду, причём ему было, в общем-то, безразлично, что именно есть: жареное или тушёное мясо, овощи или фрукты, корешки книг, писчие перья, живых насекомых — всё, что влезет в его крохотный ротик, признавалось съедобным.
Данное обстоятельство меня несказанно обрадовало — по крайней мере, о питании малыша можно не переживать.
