Рыцарь Ордена

Действительно ли я так хочу домой, что готов рисковать даже жизнью, или это говорит во мне мой авантюризм и тяга к приключениям? Но сомнения все равно оставались, и чем дольше я размышлял, тем сильнее они становились. Нет, решаться надо сейчас, немедленно. Если я буду думать еще хотя бы минуту, то уже никогда не рискну достать меч. Решительно протянув руку, я взялся за рукоятку, достал шеркон… и от удивления едва его не выронил. Вместо лезвия, точно повторяя его контуры, текла вода. Она струилась от рукоятки к острию, прозрачная, словно в горном ручье.

Чистейшая вода Колодца просвечивала насквозь, только легкая рябь на поверхности показывала границу между водой и воздухом. Но уже в следующее мгновенье меч стал обычным и снова отливал металлическим блеском.

– Что это бы… – я поднял глаза на Хранительницу и осекся. Она с нескрываемым страхом смотрела на меня. Потом ее лицо разгладилось, и она медленно поклонилась.

– Меч Судьбы. Тяжелая ноша досталась тебе, юноша. Теперь понятно, почему у тебя такое множество Дорог.

В полной растерянности, я поклонился в ответ и спросил:

– Что такое меч Судьбы?

Она покачала головой.

– Я не могу про это рассказывать. Пусть это сделают твои наставники.

Пожалуй, мне действительно стоит поскорее поговорить обо всем с Мастером. Я еще раз поклонился Хранительнице и поспешил к друзьям.

Друзей я нашел на прежнем месте. Они сидели под одним из деревьев в небольшом садике неподалеку от дома Хранительницы. При виде меня они стали подниматься, но я подбежал к ним и сел рядом.

– Что с тобой, Энинг? У тебя такой вид…

– Кто? Ах да. – В этот момент я совсем забыл о своем новом имени. – Мастер, что такое меч Судьбы?

– Как ты сказал? – вскинулся Деррон. – Меч Судьбы? Где ты о нем слышал?

– Хранительница сказала…

– Она не должна была об этом говорить! Зачем она вообще это сделала?! Это очень неприятная вещь, и чем меньше о ней знаешь, тем спокойней живешь!

– К чему Хранительница вообще упомянула о нем? – вмешался Мастер.

– Но Мастер, мне нужно знать…

В этот момент я отчетливо ощутил опасность.

Уроки Деррона сделали свое дело, я стал настороженно прислушиваться к себе, стараясь незаметно осмотреться вокруг. Мастер продолжал что-то говорить, но мое внимание было сосредоточено на все возрастающем чувстве тревоги. Заметив мою настороженность, Деррон тоже стал внимательно поглядывать по сторонам. И тут, подчиняясь скорее инстинкту, чем здравому смыслу, я упал вперед и перекатился влево. Там, где я недавно сидел, торчала стрела.