Рыцарь Ордена

– Ты ведь сказал, что я твой друг. Друзья ведь могут говорить прямо, если их что-то тревожит?

Я удивился таким словам и с недоумением посмотрел на него.

– А что тебя тревожит?

– Понимаешь, ты же сам сказал, что мы давно знаем друг друга. Ты изменился. Ты становишься настоящим рыцарем. Я не могу больше быть твоим другом. Дружат равные, а я тебе не ровня.

Я рассмеялся, но мой смех быстро погас, когда я понял, что эльф говорил серьезно.

– Ты что, сдвинулся по фазе? – Вряд ли Эльвинг знал это выражение, но смысл он понял.

 – Что ты несешь?

– Послушай, – остановил он меня. – Выслушай и не перебивай. Ты ведь наслаждался этим боем. Ты знал, что этот рыцарь для тебя не соперник! Ты знал, что легко одолеешь его, но зачем было насмехаться над ним? Зачем ты устроил это представление? Это же только лишнее унижение для него. В Амстере ты больше обращал внимание на чувства людей. Помнишь, после боя с Третнихом ты переживал, что зря унизил его при всех? Тогда ты часа два не мог успокоиться. А ведь Третних был негодяем и заслуживал гораздо большего, сейчас же ты походя оскорбил, потом унизил человека, который ничего тебе не сделал.

– Но я же только хотел спасти дракона, – попытался оправдаться я. – Он бы иначе не отпустил его.

– Раньше бы ты обязательно попытался уладить дело миром. И только если бы это не получилось, стал бы сражаться. Но и в этом случае сделал бы все, чтобы дело закончилось без ущерба для вас обоих. Знаешь, сейчас я не назвал бы тебя странным рыцарем.

Если бы мне почти то же самое не говорил до этого Мастер, то я, скорее всего, проигнорировал бы слова Эльвинга.

Теперь же я задумался. Неужели я и в самом деле становлюсь тем, кого здесь называют рыцарем. «Теряю себя» – так сказал Мастер. Не может быть! Нет, эльф что-то путает! Но я прекрасно знал чувствительность эльфов к подобным вещам.

Эльвинг уехал вперед, но я не стал догонять его, предпочтя остаться в одиночестве. До самого вечера я предавался размышлениям, пытаясь разобраться в самом себе. Заметив мое взвинченное состояние, никто не решался со мной заговорить.

Только видя, что я не собираюсь распоряжаться по поводу ночлега, ко мне подошел Муромец.

– Действительно, пора остановиться. – Я обвел взглядом местность. – Вон какое-то строение виднеется. Там и остановимся.

Муромец хотел что-то возразить, но только кивнул. Мы съехали с дороги и направились к видневшемуся вдали строению.

Строение это оказалось деревянным храмом. Сделанный немного грубовато, он стоял в стороне от дороги.