Рыцарь Ордена

– Не хочешь потанцевать, прекрасный незнакомец? – слащаво-приторным голосом спросила она меня.

Я уже хотел было послать ее подальше, но подумал о том скандале, который она закатит. Это обязательно испортит настроение всем, и в первую очередь мне.

– Ладно, принцесса. – Я вежливо склонил голову.

Конечно, Мастер обучал меня танцам другого мира, но он прекрасно обучил меня слушать мелодию, поэтому я не думал, что у меня возникнут проблемы. К тому же, вальсы были в обоих мирах и, в общем, движения в них были очень похожи.

В центре зала никого не было, и мы с ней закружились вдвоем. Можно как угодно относиться к Таньке как к человеку, но танцевала она здорово. И судя по ее удивленному виду, я делал это ничуть не хуже. Плюнув на Таньку, я весь отдался ритму движений. «Чтобы ты ни делал, делай хорошо», – любил повторять мне Мастер. Вот я и следовал его совету.

Вдруг музыка смолкла. Только тут я понял, что вокруг нас собрались почти все ребята и учителя. В зале стояла оглушительная тишина. Мгновение спустя она взорвалась бурей аплодисментов.

С этого момента к Таньке и ко мне стали относиться совсем по-другому. Теперь вокруг нас постоянно кружила толпа, которая уже начинала мне надоедать. Танька же настолько оказалась довольна всеобщим вниманием, что уже не обращала внимания на то, какая музыка звучит. Теперь веселились все. Пользуясь этим, я ускользнул в угол, здесь меня и нашел Снегирь.

– Ты чего такой мрачный?

– Не знаю даже. У меня нехорошее предчувствие.

– Да брось ты, Громов. Кто верит предчувствиям?

– Знаешь, в том мире предчувствия не раз спасали мне жизнь.

И Деррон всегда говорил, что к своим чувствам стоит прислушиваться. Только вот дело в том, что я хоть и чувствую тревогу, но совершено не понимаю, откуда она исходит. Мне это не нравится.

Кажется, мое волнение передалось и Снегирю. Он тоже стал осматриваться по сторонам.

– Что же вы здесь стоите? – К нам подошла Вера Ивановна. – И герой дня скромно приткнулся в углу. Ты меня заинтриговал. Мне не терпится дождаться момента, когда ты снимешь маску.

Как же мне тебя называть?

– Зовите Энингом, – предложил я.

– Очень оригинальное имя, – засмеялась Вера Ивановна. – Ну хватит прятаться в тени. Вперед.

До середины дня я старался забыть о гложущем чувстве тревоги, честно веселясь со всеми. Но постепенно, когда я видел, как приходили родители пришедших на маскарад детей, это чувство возрастало – сколько я не вглядывался, но своих родителей я так и не заметил. Не пришел ни брат, ни отец, ни мать.