Рывок к звездам

А я сам во всем этом был ни сном, ни духом, эта дурочка сама в меня втюрилась, когда я стоял на часах у их девчачьей спальни – и давай приставать. Ну, красавчик я был тогда, что поделать – глаза голубые, волосы золотые, кудри волнистые, бородка шелковая, а сам высокий, статный да плечистый, за словом в карман не лезущий. Но дальше служанок или там королевниных фрейлин мои мечты не простирались. А тут принцесса, королевская дочка – дура дурой, но с апломбом… Влюбилась она, понимаешь – а мне из-за этого на плаху идти, что ли? Долго ли коротко ли, я от нее, а она за мной, но прознал про этот афронт и сам батюшка король Ив шестнадцатый.

Хорошо хоть в правильном ключе прознал, без всяких злых кривотолков, а то бы не сносить мне головы. Осерчал, конечно, но больше на свою дочку, а не на меня. Но все равно, говорит, Маркус, должен ты из этой жизни исчезнуть, а то знаю я вас, кобелей, рано или поздно моя Илерка своего добьется, и ты ее обрюхатишь. Так что выбирай – или на плаху, топором по шее, или к моему самому младшему сыночку в наемную банду, служить Небесным Господам. Считаю до трех: раз, два, три…

Конечно, я сделал правильный выбор – на плаху на моем месте, думаю, не захотел бы никто. В банду так в банду. Тем более что комитом при неопытном принце Жераре был назначен старый вояка барон де Турневиль. То ли он убил на дуэли кого-то не того, то ли, наоборот, как раз того, кого надо – но так уж получилось, что батюшка-король поручил его заботам своего непутевого младшего сыночка. И не зря.

Из принца Жерара командующий, надо сказать, как из дерьма панцирь, а вот барон де Турневиль – это комит что надо, строгий, но справедливый и заботливый. После того как наша банда прошла первоначальное обучение, она поступила на службу к пресветлым господам из клана «Дикого ветра». Темные господа – те обычно наемников не нанимают, обходятся бойцами, точнее бойцыцами, собственной выучки. Там такие страхолюдины служат, не приведи Господь – каждая боевая бабища вдвое здоровее нормального франконского воина. Бицепсы – как мое бедро, кулаки – как у меня голова, а про груди я и вообще молчу – огромные, как даже не знаю что. Вроде бы они и страшные, но при этом дико привлекательные, так что любой из нас за ночь с такой был готов отдать свою месячную плату, чтобы, значит, только попробовать.

И ведь что характерно – нашему брату эти бабы не дают ни за какие деньги, ни при каких обстоятельствах, никогда и нигде, к какому бы клану они ни принадлежали.