Рывок к звездам

Но это я, так, стебаюсь, потому что если господин Малинин захочет ответить на их притязания, то он обязательно найдет на это время. А почему бы и нет, ведь медицинская стабилизация восстанавливает все функции организма, а не только те, что касаются профессиональной деятельности.

Все эти мысли я передумал, пока почти бегом, под руку с Викой, мчался в рубку управления. Ну как же я мог пойти без нее – ведь вот уже полтора месяца она сопровождает меня повсюду, ну или почти повсюду. Последние пять дней я один хожу только в то заведение, которое и короли посещают пешком и в одиночку (если, конечно, они не извращенцы).

Вика от меня не отстает, и ее шаг легок и размашист. Когда пришел вызов, мы как раз пришли с ужина и собирались заняться… ну вы меня поняли. Переодеться в корабельную форму было для нее делом одной минуты. Просто, отвернувшись к шкафу, на мгновенье блеснув ягодицами, сняла через голову роскошное черное с серебром платье, в котором блистала за ужином – и вот уже она в таком же трико, как на корабельных девицах, только черного с серебром, а не синего с золотом цвета. Повернулась ко мне и сказала: «Я готова, Шевцов. Идем!».

В рубке не было заметно каких-либо признаков чрезвычайного происшествия. Но только – на первый, и очень невнимательный взгляд. Во-первых – вахтенные операторши против обыкновения как-то странно поглядывали то друг на друга, то на командование. Во-вторых – с этим самым командованием тоже был перебор. Присутствие в рубке одновременно командира, главного навигатора, старшего офицера, главного артиллериста, главного сигнальщика, командира авиагруппы (капитана Карпова), командира десанта (подполковника Седого) и, самое главное, голограммы искина Кандида в адмиральской форме, наводило на мысль, что случилось что-то такое из-за чего в рубке откровенно припахивает паленым.

В-третьих – были мы с Викой, ибо с нашим прибытием в благородном собрании образовывался кворум и открывались дебаты. Первым слово предоставлялось главному сигнальщику (аналог КБЧ-7), капитану третьего ранга Алексею Бондареву, в ведении которого находились все технические средства навигации и дальнего обнаружения.

– Значит так, товарищи, – сказал он, – оповещение о чрезвычайной ситуации было разослано потому, что наши сканеры гравитационных и пространственных аномалий обнаружили почти прямо по курсу перед нами чужой корабль, разгоняющийся на том же векторе, что и мы.