Рыжая бестия «взрывная смесь» (СИ)

 — Вы что там боксёрские груши рекламируете?

Я обнимаю за шею крепко своего братика и дарю целомудренный поцелуй в губы, повиснув на нём, как новогодняя гирлянда. Мы по старой привычке тремся носами и лыбимся друг другу.

— Боевое крещение! — фыркаю, немного расстроена.

— Я этому Иоанну крестителю нос разобью. — шипит сквозь зубы, целуя меня в лоб. Я почти прибалдела от такого блаженства единения с Игорьком, как услышала за спиной скрип шин, резко притормозившего автомобиля. Всё тот же желтый цвет маленького порше и пронзительно-стальной взгляд недовольного мужчины просверлил меня насквозь!

— Поехали домой, зайчик.

 — Выразительно выговариваю каждое слово, заставляя босса кипеть от злости. — Я так соскучилась!…

Ломая голову над очередным эскизным проектом, наливал третью порцию «Хеннесси». Эти чёртовы сборочные чертежи всё никак не намеривались слиться в правильную схему. Расчётно-пояснительная записка не удовлетворила результатом. То сантиметр был лишним, то миллиметра не доставало, то и вовсе угол наклона не совпадал…

Вот на кой хрен твоя голова, Кирилл, забита обнимашками и этим приторным «Поехали домой, зайчик! Я так соскучилась…» — писклявым голосом перекривил Катину фразу, поморщив лицо от неприятного воспоминания, как будто пришлось дотронуться к дохлой кошке голой рукой.

Бес? Ауу? Мой здравый рассудок взывал опомниться и позвонить Лизе. Сегодня мне хотелось жёсткого секса, чтоб выбросить всю эту чушь собачью из головы, касающуюся рыжей чертовки и её неожиданно нарисовавшегося хахаля.

Как же я зол! Сс. ка! Только теперь до меня дошла причина её поведения. Я громко смеюсь истерическим смехом. Ты полный придурок, Бестужев! Кретин! Надеялся, что эта соблазнительная сучка не имеет в постели собственного кобеля? Мне казалось, ещё немного, и сотру зубы в порошок от бешенства. Какого хрена им всем неймется? Блондинистый пижон не показался мне уродом, чтоб она запросто смогла от него отказаться.

Швыряю стакан в стену, ломая пальцами карандаш, и отборным матом крою свой домашний рабочий кабинет от грязной мысли о том, как она широко расставляет свои бёдра и принимает в себя с радостью его возбужденный член, при этом стонет как чёртова дрянь, обвивая его зад своими охренительными ножками! Вот и верь теперь женщинам.

Я вспомнил, как она громко кончила от моей ласки в лифте и желание трахнуть эту крошку ещё больше распирало. Сводило с ума. Ладонь, которой я трогал её влажную промежность, покрылась жаром и я потянулся за бутылкой коньяка.