Рыжая бестия «взрывная смесь» (СИ)

Благодаря воспоминаниям о жарких прикосновениях, низ живота поглощало тягучее желание, которое набухало непроизвольно в самом сокровенном месте только лишь от одного тембра его голоса. Идя в разрез с собственными желаниями, я запутывалась в этой паутине ещё сильнее, как непокорная, упрямая муха.

Глубоко вдохнув, делаю последнюю попытку рассеять наваждение.

Я обернулась к боссу спиной и перекинула волосы через плечо себе на грудь, указывая путь, по которому он должен был отправиться к себе в кабинет. Видимо, недобрав достаточно воздуха в легкие для очередной колкости, КГБ поперхнулся слюной и закашлялся, рванув на выход без лишних вдохновляющих фраз.

— Катя… — прошептала мне на ухо Ника, — спину то прикрой…не то он взорвет наш кабинет к чёртовой матери. Я пока жить хочу.

— Тогда гранату я ему обеспечу собственноручно! Что там у нас дальше по плану?

— С-слоган… — заикаясь, проговорила подруга.

Вот же черт! Как он умеет выбить почву из-под ног, лишить контроля собственных мыслей.

— Прекрасненько! Давай, слогай…

Я потянулась к пакету и достала первую коробку с успокоительным.

К очередной встречи оставалось всего каких-то пол часа. Мурашки по коже всколыхнули волну нехорошего предчувствия, заставляя ещё больше нервничать.

— Если я приговорю половину коробки этих конфеток с ликёрчиком, мне станет легче? Как думаешь, Ник?

— Главное, что б ты не запилила блог в инстаграм: как нужно издеваться над боссом…Чувствую, мы слегка перегрелись, генерируя идеальные идеи.

Ника приготовила кофе.

Теперь мы сидели в уголочке, и тихо общались о жизни. Почему-то слоганы и оформительные зарисовки потерялись на полпути, не добравшись в наши светлые головы.

— Мне нужно побороть свои страхи. В последнее время я себя накрутила до предела. Иногда мне кажется, что я начинаю понемного влюбляться в этого самоуверенного павлина.

— Каберне Совиньон из России — вот, что по-настоящему страшно! А влюбится в Посейдона, это уже экстрим и полная чаша адреналина! Вижу с личной жизнью у тебя ещё та пятая точка!

— И не говори.

Начинается на «П» и заканчивается на «Ц».

— А черт! Открывай следующую коробочку.

— Маринина! Кирилл Григорьевич рвёт и мечет! Сколько можно ждать?

Дубровский окликнул мою расслабленную фигуру. Подперев одной ладонью лицо, я уставилась на дно кофейной чашечки, размазывая пенку по стенкам маленькой ложечкой.

— И этот на рабочем месте? — удивилась Вероника Кощину, который пристально всматривался в мой лоб.